У него были также друзья во Франции и Италии.
Но если б даже она связалась с ними, то вряд ли осмелилась попросить у них денег, чтобы добраться до их страны.
А между тем они могли бы помочь ей устроиться преподавательницей английского языка.
Положительную роль здесь сыграло бы свободное владение французским языком, а, позанимавшись серьезно, она могла бы улучшить свой испанский и итальянский.
Однако даже мысль уехать одной в чужую страну так пугала ее, что трудно было рассматривать возможность такого шага.
Отец ушел в отставку из Министерства иностранных дел, когда ей было девять, а Денизе шестнадцать лет; после этого они жили в Англии.
Оглядываясь в прошлое, она вынуждена была признать, что плохо помнит те страны, в которых они жили, и людей, с которыми общались там ее родители.
«Я должна сосредоточиться на знакомых в Англии, — решила она. — Должны же где-то быть какие-нибудь родственники Линфордов».
Она знала, старшая сестра отца, жившая некогда в Бате, умерла.
Другая его сестра, которая была замужем за богатым человеком, овдовев, переехала в Южную Францию, но, поскольку она была постоянно больна и зрение ее сильно ухудшилось, она не общалась ни с Денизой, ни с ней после смерти отца.
«Может, она и жива еще, — предположила Пепита, — но теперь она слишком стара или слишком больна, чтобы желать моего приезда».
Эти мысли вновь вернули ее к вопросу, который она задавала себе, ложась в постель: что делать?
Вопрос этот был столь огромен, что, казалось, наполнял всю комнату; временами она слышала его шелест под высоким потолком, а потом он вновь опускался к ней, не получив ответа.
«Что мне делать? Что делать?»
Эти слова беспрестанно слышались ей в шуме ветра за окном и повторялись в перекате далеких морских волн.
«Что мне делать?»
Это был крик отчаяния.
Но о чем бы она ни думала, Торквил всегда присутствовал в каждом ударе ее сердца, и она вдруг почувствовала, будто он обнял ее и крепко прижал к себе.
«Я должна забыть о нем!»— тут же спохватилась она, и ее окатило новой волной отчаяния.
Как забыть о нем, если он навсегда завладел ее мыслями и душой, и она никогда не перестанет любить его, и постоянно будет ощущать: в ту минуту, когда она мечтает о нем, он точно так же безумно жаждет ее.
После ленча две пожилые леди, гостившие у герцога, изъявили желание пойти в парк.
— Хорошо, — ответила герцогиня, — я присоединюсь к вам попозже.
Затем она повернулась к Пените и Жани, выходившим вслед за дамами, и сказала приказным тоном:
— Я хочу поговорить с вами, мисс Линфорд.
— Я отведу Жани к миссис Сазэрленд, молвила Пепита, — и сразу же приду в гостиную.