Он взял фотографию Чинга и передал мне.
— Он стал сводничать для людей из Вашингтона и ООН. Мог достать любую девчонку — белую, черную или желтую.
Вилли указал на папку:
— Прочитайте и узнайте, как действовал этот китаеза. У него было уйма работы, а клиенты все большие шишки — действительно большие: госдепартамент, делегаты ООН, и даже черные обезьяны.
Но тут Джентайл стал отказываться от китайской дамы. А потом у нее появился ребенок, и это сыграло свою роль. Джентайл сбежал. Как я понял, девушка вцепилась в него, но проиграла — этот напыщенный мерзавец просто отмахнулся от нее. Однажды она открыла газ. Полиция нашла ее и ребенка.
— Самоубийство?
Вилли покачал головой:
— Не было никакой предсмертной записки, так что копы решили, что это несчастный случай. Помогло и то, кем она была, потому что госдеп прислал своего человека поговорить с полицейскими.
— Может быть, это действительно был несчастный случай, — заметил я.
Вилли взглянул на меня с отвращением.
— Ты же должен понимать, старик. Кроме того, ради этого вы и поедете в Голливуд…
— Да почему, Вилли? — спросил Джош.
— Сюзи вышла замуж за актеришку по имени Форест. Как я слышал, он просто бездарь. Зациклился на идеи шпионских фильмов и создании совместной компании с Гонконгом. Ему нужны деньжата, чтобы снять пробный фильм, и, думаю, письмо, это единственное, что может продать Сюзи. Она хочет пять кусков.
— Предсмертная записка ее сестры! — я с отвращением посмотрел на Джоша. — Ради бога, разве мы стервятники?
— За такую мелочь пять тысяч! — произнес Джош. — К тому же, использование подобного письма скорее повредит нам, чем поможет. И ты это знаешь, Вилли.
— Но письмо только часть дела. — Вилли бросил на нас дикий взгляд. — Вы могли бы намекнуть ему, что у вас есть записка, и если он не отступит, вы ее опубликуете. Держу пари, вы бы смогли ее где-нибудь поместить.
Я только что-то промычал. Говорить я не мог.
Вилли расхохотался, это был громкий, неистовый гогот.
— Посмотри-ка на старика. Ему очень не нравится грязь, Джош.
Потом, став серьезным, Вилли указал на фотографию молодого человека.
— Вот он очень важен.
— Что может быть важного в телепродюсере?
— Я же сказал, он был сводником. И он долго работал для обезьян из ООН. Потом он приехал в Вашингтон и работал на местных ребят. Однажды его сцапало ФБР, и ему были предъявлены обвинения. Залог — 50000 долларов. Кто-то снизил его до десяти тысяч, и он удрал в Москву. Сюзи скажет вам, где он теперь.
— Где?
— В Пекине. Он только что закончил документальный фильм о Чжоу Энь-Лае>{114}. Каждые шесть месяцев ездит в Москву. Когда китайцы стали завоевывать позиции в новых африканских странах, Чинг был тут, поставляя оружие. Он самый настоящий китайский коммунист, а причина, по которой он в Пекине, а не в тюрьме, это Джентайл.