Вокруг Света 1971 № 08 (2371) (Журнал «Вокруг Света») - страница 2

— Вот, — сказал наблюдатель, поглядывая на меня и явно опасаясь, что я убегу куда-нибудь вперед. — Едут. Шнур запалили... Теперь через пять-семь минут рванет. Давай посидим.

Мы сели.

Внизу, по сверкающей на солнце дороге, медленно уползал от того места, где будет взрыв, красновато-бурый КРАЗ подрывников. Дважды нервно взвыла сирена, и стало очень тихо. Энергию отключили, и все огромные механизмы, которые только что вскрывали верхний пласт земли, обнажали красноватые залежи породы — драгоценной железной руды, — остановились. Настал черед поработать самой титанической силе.

Уж больно медленно отъезжали подрывники. Вопрос сам невольно вырвался у меня:

— А если мотор заглохнет?

— Успеют, — не отрывая взгляда от холма, где вился легонький след дыма, сказал наблюдатель. — Успеют до укрытия пешком дойти. Все рассчитано.

Минуты тянулись медленно, как часы. Вот машина выехала за опасную черту, остановилась.

Нет, описать взрыв невозможно. Это надо увидеть, потому что все длится меньше секунды. В тишине взламывается земля, не успеваешь уследить, как она раскололась, а черные стрелы уже взметнулись на сотню метров вверх, к небу. И только тут раздается треск, как после вспыхнувшей молнии. Грохочет гром, огонь пожирает основание дымящегося фонтана, и фонтан на глазах расплывается, опадает.

— Пора прятаться, — говорит наблюдатель. — Сейчас камни начнут падать. Вон летят.

Долго же они летят...

Десятки огромных самосвалов, едва разошелся дым, устремились в карьер. Шоферы обгоняли друг друга, торопились первыми встать под ковши экскаваторов, которые загрузят их по самую крышу красноватыми обломками железной руды, потому что в этом заключалась их работа, в этом был смысл. Через несколько минут протяжно взвыла сирена, и весь механизм огромного Михайловского рудника на месторождении Курской магнитной аномалии пришел в движение. В тот же момент большая руда потекла к доменным печам.

В. Орлов, наш спец. корр.

Время распахнутых недр

Курский кратер

 

Место, куда я ехал, называлось Лебеди. Лебеди... В зелени лежат темные и тихие озера, плывут по ним белоснежные царь-птицы — как в сказке. Лебеди...

...Почти подо мной земля кончалась. Нет, не кончалась, а уходила вниз, вниз, открывалась колоссальной овальной чашей, чьи берега разнесены километра на три: кричи — даже эха не будет. Стены кратера слоисто расписаны. Тонкий черноватый прослой почвы, снежные мела, канареечные пески, коричневатые суглинки, серые глины и, наконец, в самом низу чуть зеленоватые железистые кварциты и она — руда. Темно-вишневая, точно запекшаяся кровь.