Вокруг Света 1975 № 05 (2416) (Журнал «Вокруг Света») - страница 30

— Главная машина работает нормально...

— Какое нормально... — оборвал меня голос с мостика. — Нас торпедировали, мы потеряли ход. Останавливай главную машину, обеспечь питание на корабль. Я быстро остановил машину и стал готовить вспомогательный двигатель к запуску, а сам думаю: «Наверное, торпеда была акустическая, идущая на шум винтов». В машину спустился командир отделения электриков, мой друг, самый закадычный...

— Володя, — говорю, — давай подключим питание.

И он начал готовить электростанцию.

Запустили двигатель, прогрели его и, когда он набрал обороты...

— Двигатель для освещения?

— Для питания агрегатов и для освещения тоже... Ведь все встало потому, что аварийное освещение шло только от батарей и давало тусклый огонек, а все агрегаты корабля получают напряжение от основного питания... Ну, чтобы спустить катер, нужно запустить лебедки, бомбометательные аппараты тоже получают энергию оттуда же... В машинное спустились командир боевой части-5 Сосницкий, наш механик и трюмный машинист Скоробогатько, одетый в легкий водолазный костюм. Видно, лазил в какой-то отсек. Капитан-лейтенант Сосницкий помог нам подключить питание, и только свет зажегся — механик говорит: «Давайте быстро выравним крен и дифферент». Запустили помпы, перекачали горючее с одного борта на другой, затем вскрыли листы на полу машинного отделения и стали осматривать: нет ли течи... Затем механик приказал задраить люк машинного отделения (это в целях непотопляемости корабля) и подняться наверх.

Когда мы с Володей Коротиным очутились на главной палубе, увидели страшную картину: кормовая часть задрана кверху и превратилась в груду металла...

Наш корабль стоит. И все, что могло стрелять, стреляло: 100-миллиметровые пушки, «эрликоны», пулеметы... Вроде и волнение в море уменьшилось, но видимость неважная... Подводная лодка появлялась то там, то здесь. Правда, перископа мы не видели: трудно было заметить, когда вокруг взрывы и столбы дыма. Мы только слышали, как наблюдатели кричали: «С правого борта... С левого...» — и пушки сразу поворачивали и стреляли.

Я находился на палубе почти раздетый. Как вскочил с койки в тельняшке, в тонких брюках от американской робы и босиком.

Состояние было, конечно, сверхнапряженное, даже не чувствовал холода.

К этому времени с корабля сбросили понтон и спустили катер. В первую очередь погрузили раненых. Катер был на таком расстоянии, что из рупора можно, было услышать команды, держать связь. Понтон с людьми уже отплыл далеко, он то появлялся на волне, то исчезал.