– А ну назад! Лежать!!! – заорал он, отмахиваясь палкой. Было в нем что-то специфически-ментовское.
Пока Данила примеривался, как бы половчее скрутить парня, бородатый дядька, оказавшийся крепче шеей, чем умом, подал признаки жизни: выругался и полез за пазуху.
Кондрат полоснул его осколком стекла – тем самым, которым Марина доказывала свою человечность, и врезал кулаком по голове, а девушка, неожиданно подхватив с пола шокер, ткнула парня в ухо. Затрещал разряд, и в погребе запахло озоном. Парень рухнул, где стоял, даже не вскрикнув.
– Кондрат, обыщи второго! – приказал Данила, сам принимаясь за парня.
Увы, у экс-мента ничего, кроме дубинки, не нашлось. Запасливый бородач хранил за пазухой старенький наган с вытертой рукояткой. Кондрат тут же спрятал револьвер за пояс и стал обхлопывать карманы убитого в поисках запасных патронов.
– Что, уже все?.. – слабым голосом осведомился Прянин.
Доцент кое-как поднялся на ноги и поправил очки. Вид у него, и без того помятый, стал совсем непрезентабельным.
– Все? – еще раз спросил он. – Убегаем?
К сожалению, это было еще не все. То ли смена пришла, то ли кто-то услышал, то ли просто удача отвернулась от Данилы Астрахана, на прощание вильнув задом, но наверху раздались голоса. Теперь там было уже не два охранника, а человек пять.
Кондрат выругался длинно и витиевато, Марина отступила к буфету. Прянин поправил очки.
Данила сосредоточенно обдумывал ситуацию.
Бойцов, если реально смотреть на вещи, только двое: он сам и Кондрат. Прянин, при всей его отваге, может только огребать…
– Эй! – крикнули наверху. – Вы где?
Кондрат поднял револьвер, Марина вытащила из дверцы буфета осколок стекла. Астрахан встал сбоку от лестницы, вооружившись дубинкой. Сейчас кто-нибудь заглянет, увидит тела…
Наверху зашептались – заметили, что люк открыт. С одной стороны, можно было попытаться прорваться, воспользоваться эффектом неожиданности. С другой стороны – можно было подождать, пока охранники спустятся, и желательно по одному.
Кондрат вопросительно глянул на него, шевельнул оружием: поднимаемся?
А если кого-то пошлют за подмогой, пока мы тут размышлять будем?
Данила махнул рукой: «За мной!» – и взлетел по лестнице.
В тесной комнатке охраны на первом этаже собрались четверо мужиков. Окон здесь не было, чадила свеча на заставленном закусью столе. Двое сидели на продавленном диване, двое стояли возле люка.
Вид у всех был ошарашенный. На опытных конвоиров они не тянули – простые такие деревенские дядьки, пришли с корешами выпить после казни хамелеона.
Вспомнив про Рому, Данила мгновенно потерял всякое сострадание к ним, но убивать никого он все равно не хотел. Ближайшему мужику отвесил дубинкой в лицо: солдат веры упал, зажимая ладонями окровавленный рот. Данила отпрыгнул в сторону, освобождая дорогу Кондрату, и уголовник открыл стрельбу. Грохнуло, второй мужик заверещал, зажимая плечо, а двое оставшихся как по команде стартанули к выходу, мешая друг другу.