– Понял, бро.
Данила встал на одно колено и деловито выстрелил пять раз – одиночными, спокойно и методично. Тут же бумкнул подствольник «грозы» и в кустах раздался взрыв. Противники, осознав, что по ним ведут огонь с фланга, резко подорвались в тщетной попытке сменить дислокацию. Астрахан начал в них стрелять, целясь по ногам.
Циничное правило войны: иногда противника лучше ранить, чем убить. Убитого закопают, а раненого придется лечить, тащить, кормить… Впрочем, при наличии вырвиглоток (запах тухлятины усиливался) это все не имело значения.
Отстреляв магазин, он сместился в сторону, быстро перезарядился и продолжил отстрел наемников. Те наконец-то поняли, что по ним стреляют не Кондрат и Жила со своим «гангста-стайлом», а спокойный профессионал, и быстренько залегли.
Это их и погубило.
Вырвиглотки бросились на них – посыпались с деревьев, как прошлогодняя листва. Привлеченные запахом крови, твари – слишком мелкие, чтобы валить их по одной, но достаточно крупные, чтобы перегрызть человеку горло, – верещащим потоком набросились на бойцов Шейха, распространяя вокруг удушливую сероводородную вонь.
Наемники кричали, срывали с себя крыс-переростков, пинали их, стреляли из штурмовых винтовок.
Данила сменил автомат на дробовик и поспешил за Моментом. Бросившуюся на него одинокую вырвиглотку (тварь обезумела от драки и кинулась на первое, что попалось ей на глаза) он снял влет, одним выстрелом.
* * *
Чертов туман, ничего не видно!
Хлопнула винтовка, загрохотал автомат – пули впились в ствол сосны. Стреляли вслепую. Шейх выглянул из-за дерева и поспешил на истошную ругань, доносившуюся с правого фланга.
Пахнуло гнилью – будто вылез труп из могилы и бродит рядом.
– Вырвигло-о-о!.. – кто-то орал сзади: то ли Хоббит, то ли Чё, и голос был всполошенный. – Отступа-а-а!
Крик утонул в душераздирающем вопле.
– Су-ука-а-а-а!!! – Шейх узнал голос Тармаша, наполненный болью и негодованием. – Н-на тебе! – последовала череда выстрелов.
Над головой зашелестело, зашуршали ветви – Алан невольно пригнулся, глянул вверх: по ветвям неслась серая река, состоящая из смутно различимых тел.
– Твою мать! – выдохнул он.
Серый поток двигался стремительно. Надо собрать людей, поодиночке не отбиться!
– Сюда все! Быстро! – заорал он, жалея, что не может выстрелить картечью, – было бы эффективнее. – Ко мне!
Алану показалось, что поток дрогнул и замедлился. Десятки хищных морд уставились на Шейха, глаза-бусины алчно поблескивали красным.
На приказ прибежали взбудораженные Браты, поддержали Шейха огнем, но твари не отступили. Заметив силуэт Хоббита, выплывший из тумана, прекратили огонь. Пока Шейх воевал, проводник почуял вырвиглоток, успел добраться до сброшенного балласта и взять огнемет. Круглые глаза уставились за спину Шейха. Тот понял без слов – нырнул «рыбкой», прикрыл голову руками. Его примеру последовали Браты.