— Знаю, дорогая. — Сильвия взяла ее под руку, и они медленно побрели по лестнице. — Хорошо, что Мартина нет дома.
— Знаешь, а Фэнли просто молодец. — Дафни пыталась сдержать слезы. — Ему как-то удалось выставить за порог всех репортеров. Один оказался такой назойливый, что попытался проникнуть через садовую калитку.
— А как Пэм? Она знает? — обеспокоенно спросила Сильвия.
— Боюсь, что да. Она слышала разговоры на кухне, а потом еще где-то раздобыла газету. Да вот она и сама, стоит наверху.
Подняв голову, Сильвия увидела испуганное, бледное личико девочки.
— О, Сильвия, ты вернулась! — И со вздохом облегчения малютка бросилась в объятия старшей сестры. — Сильвия, милая, я так рада, что ты дома!
Сильвия крепко прижала девочку к себе:
— Все в порядке, детка.
Слова утешения сами сорвались с ее губ. Пэм была самостоятельным ребенком, но, когда что-нибудь случалось, она бежала искать поддержки у Сильвии и упорно отказывалась принимать ее от кого бы то ни было еще.
«Все в порядке». Как могла она сказать такое, когда все обстояло так трагично и было далеко не в порядке! «Но я должна сделать так, чтобы все было в порядке, — лихорадочно думала про себя Сильвия. — Я не могу оживить дядю Дона, и не в моих силах исправить его ошибки, но я могу забыть о личном горе и посвятить свою жизнь Дафни, Мартину и Пэм. Ведь они так во мне нуждаются». И она с облегчением вспомнила, что у всех четверых есть деньги, на которые они смогут прожить если не в роскоши, то хотя бы в достатке.
Лежа на софе с чашкой бульона — Дафни примостилась у нее в ногах, а Пэм рядом на низенькой скамеечке, — она обсуждала с ними, что предстоит сделать в первую очередь.
Для начала нужно было связаться с мистером Хемпторном, их семейным адвокатом, чтобы он посоветовал, как найти новое жилье и что делать дальше. Затем следовало позвонить школьному директору Мартина и попросить его осторожно посвятить мальчика в случившееся, а также отпустить его домой на день-другой или позволить ей посетить брата в школе в ближайшее время.
Дозвонившись до Хемпторна, она узнала, что тот уже выехал к ним. А школьный директор Мартина, здравомыслящий и доброжелательный человек, сразу же послал за мальчиком, которого уже подготовил к дурным новостям, и позволил ему поговорить с сестрой, взяв с него обещание слушаться ее во всем.
Несмотря на то что мысли ее были всецело заняты семьей, Сильвия время от времени вспоминала дом в Глостершире, который ей пришлось столь поспешно покинуть всего несколько часов назад. Интересно, что скажет Хью, когда, вернувшись к ленчу, узнает о ее отъезде? Возможно, новость уже дошла до него на охоте и он примчался домой. Но Сильвию волновал всего один вопрос: любит ли он ее на самом деле? Не бросит ли ее в столь трудную минуту? Примчится ли следом за нею в Лондон, чтобы выразить свое негодование поступком матери?