Ведь так не бывает на свете (Арсеньев) - страница 2

И это самое "одно" жирной чертой перечёркивает всё хорошее, что в новой школе есть. Я имею в виду расстояние до дома. Мы с Маринкой, как и ещё пара десятков ребят, живём теперь от школы на расстоянии сильно больше двадцати километров. Разумеется, гонять детей каждый день по жаре или по морозу пешком за двадцать километров (это только в один конец!), до такого пока ещё не дошла даже извращённая логика чиновников от российского образования (хотя кое-кто из старых учителей невесело шутит, что ключевое слово в этой фразе "пока"). Тем не менее, в новую красивую школу нас возят. Автобус такой жёлтый возит с улыбчивым джигитом за рулём. Разумеется, едем мы не по прямой, таких сёл, как наше, по дороге с полдюжины встречается, и отовсюду ребят загрузить-выгрузить нужно. Нам-то ещё повезло, наше село – самое дальнее, нас раньше всех забирают. Это значит, что в автобусе мы можем выбрать себе самые лучшие места. Или не повезло, тут уж как посмотреть. Что лучше, клевать носом в собственный ранец, сидя на самом удобном в автобусе месте, или те же самые пятнадцать минут спать лёжа в собственной кровати? Честно говоря, я бы кровать выбрал, даже если бы мне потом пришлось трепыхаться на самых неудобных местах автобуса – над задними колёсами в хвосте.

Ничего удивительного, что я постоянно не высыпаюсь. Позавчера вот вообще ляпнул в сочинении, что к сапогам французских гусар были приделаны шпроты. Это я от недосыпа со шпорами их спутал. А вредная Валерия ещё и вслух этот кусочек всему классу прочитала, чтобы все поржали. Потом на переменах доставали меня ещё советами о том, что кильки или бычки в томате смотрелись бы на французских гусарах не в пример как элегантнее и стильнее.

Сегодня же мы с Маринкой и вовсе пешком домой идём. Вроде и вместе идем, а вроде и порознь. Нас с ней и так уже дразнят в школе "тили-тили-тесто". А она вот мне, как девчонка, ну совсем, ну ни капельки не нравится. Мне вообще-то, Григоренко нравится, вот она да, красивая – жуть! А коса у неё какая! Загляденье. Так бы вот и любовался, кажется, целый день её косой. Жалко только, что Григоренко – такая дура. По-моему, у неё весь ум в косу и вырос.

С Маринкой же мы просто дружим, как товарищи. Думаете, не бывает такого в наше время? Вопрос о сексе обязательно всплывёт, нам ведь по четырнадцать лет уже. Ну, он и всплывал пару раз, вопрос этот. Только он как-то неуверенно всплывал, типа "ребята, а я вам тут вообще нужен, или как?". Мы с Маринкой дружно помотали головами (я – нечёсаной и рыжей, а она с дурацкими крысиными хвостиками), и с тех пор вопрос тот нас больше почти не доставал. Так мы стали друзьями. Маринка рассказала мне кое-что про Верку Григоренко (не из зависти, а просто правду), я же в ответ на вопрос, какой именно костюм выбрать Маринке на школьный бал, тоже совершенно честно предупредил её, что с моей точки зрения самое лучшее, что можно придумать с её фигурой – это акваланг высшего погружения, ничего более подходящего на Маринку дизайнеры пока ещё не смогли изобрести. Потом я получил по шее, мы посмеялись, и снова стали друзьями. Легко мне как-то с Маринкой и просто.