– Оборотни пытались с ними договориться, но…
Я впервые слышала рассказ о происходящем из уст Волков – вернее, Волчьей женщины. Их глазами я видела, как перебравшаяся через Обсидиан звериная лавина прошла по правобережью, оставляя за собой опустошенную землю, обглоданные кости животных и людей, вытоптанные и выеденные посевы и поля… Видела, как опомнившиеся Волки, даже те из них, кто поначалу призывал к миру с дальними родичами, бились яростно, не щадя ни себя, ни своих людей-союзников, ни противников… после той, самой большой, Волны клан изрядно поредел и с тех пор никак не мог восстановить свою прежнюю численность.
А после всех Волн переселения пришла моя семья – вернее, то, что от нее осталось…
Я слушала, веря и не веря. Это был взгляд с другой стороны, и для них он являлся правдой. Но была и правда моя – правда слабых, очутившихся, как говорят люди, между молотом и наковальней. Во мне поднимались гнев и горечь, и желание спорить и желание убеждать, донести до них то, о чем они даже не думали, да и представить, наверное, не могли…
Хорошо, что леди Инта произнесла вовремя:
– Оборотни принесли с собой старые знания, старую письменность, и эти руны, вышитые тобою, – часть их наследия.
Как и моего!
– Так скажи, Лисса, откуда ты родом?
Я выдавила:
– Вы думаете, мы можем быть… в родстве?
Бэрин, уже сидевший на шкуре, пожал плечами:
– А почему нет? Правда, в очень и очень дальнем. – Он смотрел на меня внимательно. – Это тебя тоже страшит?
Быть в родстве с чудовищами, которыми нас пугали в детстве? С теми, кто вступил в сговор с людьми, предав другую половину своей крови? Конечно, Волк, я просто счастлива и горда! Но я вспомнила еще об одном чудовище, Зихарде, который вовсе не был Волком. Леди Инта быстро дотронулась до моей руки – наверное, это было проявлением сочувствия, но я дернулась, как от удара. Они все тут то и дело касаются друг друга: то для поддержки, то для выражения приязни, то просто потому, что это им приятно…
Я решила сказать полуправду.
– Мать говорила, мы с севера – оттуда, где истоки Обсидиана.
– С гор? Вы пришли из Сунгана?
Я неопределенно шевельнула рукой.
– Да. Может быть… Я не знаю. Мать называла их просто Горы. Мы жили там… потом двинулись в путь… сколько помню, мы шли и шли и шли… теряли своих… и снова шли. Сюда добрались только мы с братом.
Вот так. Я не соврала, но и не сказала правду – ту, которую они хотели услышать. Женщина поглядела на Бэрина. Тот вновь пожал плечами.
– Все может быть. Кто-то ушел еще раньше, и позже, и дальше нас… Среди них были и просто люди.