— У нас есть двадцать два часа для того, чтобы выбить их из гулгров, — сообщил террорист.
— Пусть подумают о своем положении. Может, будут сговорчивее. А в чем собственно дело, зачем спешить? — поинтересовался Алекс.
— У двух вшиты какое-то непонятные устройства — когда мы выйдем из прыжка, они могут подать сигнал на ретранслятор, — пояснил альбинос. — Я всех прогнал через капсулу первым делом.
— Ну, так занимайся, ты же тут единственный специалист по этим гадам!
— Да, прямо сейчас и приступим… — посмотрев на небольшую панельку, закрепленную на запястье, заявил террорист. — Один из них уже пришел в себя, и просто притворяется.
Сандей Аладжи побрызгал на застывшего чешуйчатого гада нейтрализатором, и тот зашипел. Похоже, химия ему пришлась не по вкусу, но разговаривать рептилоид не хотел. Ящер вяло трепыхался, когда альбинос вытащил из контейнера остро отточенный прут и воткнул ему в лапу.
— Эй, ты что делаешь, он же так сдохнет! — возмутился Алекс, разглядывая модуль платежного терминала.
— Непременно сдохнет, но сначала поделится, — невозмутимо ответил террорист.
— Неужели нет других методов?
— Нет, — покачал головой Сандей Аладжи, потянувшись за вторым колышком. — Гулгры так устроены, что им очень сложно причинить боль. Но у меня есть некоторый опыт по этой части…
— Прекрати тсой! — наконец раззявил пасть ящер.
Для того чтобы разговорить гада, альбиносу пришлось потрудиться. Решающим аргументом стал резак, им специалист по гулграм испепелил чешуйчатую конечность с тремя толстыми пальцами.
— Избранный соизволил поговорить с недостойными! — захихикал Сандей Аладжи.
— Что тебе нужно? — прошипел ящер.
— Пора поделиться неправедно нажитым. Передавай ему коды доступа, — приказал живодер.
Алекс активировал устройство и запросил отчет по движению средств за последние четырнадцать дней. Проверив документ, он кивнул террористу — на указанном счете имелось всего триста шестнадцать тысяч. Инженер был разочарован — судя по всему, клиент делал крупные покупки, потратив почти два миллиона за последние несколько дней. Однако главный гад пока еще не пришел в сознание — все надежды по пополнению бюджета возлагались на него.
— Очень хорошо, — кивнул живодер, поднимая резак. Алекс отвернулся и помотал головой — запах жареного крокодила не вызывал положительных эмоций.
Второму рептилоиду сильно повезло — он не пережил дознания. Сандей Аладжи выругался, когда после легкой обжарки ящер зашипел и скончался. Алекс подумал, что живодер потерял квалификацию.
Инженер вертел в руках расшитую камешками тюбетейку главного крокодила. Под разными углами зрения узоры из блесток складывались в сложные фигуры.