Литературная Газета, 6415 (№ 20/2013) (Литературная Газета) - страница 10

Очень важен политический вес программы. Только в Москве её постоянно смотрит около миллиона человек, а по стране – несколько миллионов, и это ни с чем не сопоставимо. Депутату индивидуально охватить такое число избирателей немыслимо.

Кроме того, то, чем я занимаюсь сейчас в Госдуме, гораздо ближе моей профессии. Я ведь не журналист по образованию, а дипломат и историк, диссертацию защищал по истории внешней политики США. И первые трудовые 14 лет работал по профессии – в ООН, затем в Чехословакии, в Международном отделе ЦК КПСС. В СМИ ушёл в силу не зависевших от меня обстоятельств – разрушения советской государственной системы в 1991 году. Не мог, честно говоря, представить себя в ельцинских госорганах. Хотя тогдашний министр иностранных дел Андрей Козырев дважды приглашал меня в МИД на руководящую работу. Позже и Евгений Примаков предлагал мне возглавить в МИДе Управление внешнеполитического планирования. Так что всё, в общем-то, логично: я вернулся к тому, с чего начинал, что хорошо знаю и чем долго занимался.

– Как раз о Госдуме. К ней, мягко говоря, немало нареканий. Не добавляет уважения к депутатам их подчас истеричная реакция на выступления в печати (хотя наши коллеги тоже не всегда элегантны и этичны)[?]

– Да уж, прямо скажем, не всегда…

– …их декларации о доходах. Но депутатов 450. Люди разные… Сам знаю достойных, честных, которые обычно в тени… Как себя чувствуете в этой ситуации, тем более что вы тоже не бедный человек?

– Совершенно спокойно. У меня два главных источника доходов. Это работа в Госдуме и работа на телевидении – по контракту с каналом «ТВ Центр». Каких-то ценных бумаг, акций, зарубежной недвижимости у меня нет, так что волноваться не приходится.

– А что касается атмосферы в парламенте?

– В общей атмосфере, особенно вокруг самой Думы, много политики и лицемерия. В те времена, когда Госдума состояла из таких людей, как Гайдар, Немцов, Рыжков, Хакамада, не помню, чтобы столь пристально всматривались в их состояния, кто и сколько заработал на ГКО, кто и чем владеет. Не помню, чтобы СМИ, особенно либерального направления, всматривались в доходы лидеров праволиберальных сил, например Анатолия Чубайса и людей, связанных с ним.

В 90-е годы, когда правили ельцинская Семья и праволиберальные деятели, замешанные в гигантских махинациях – от дикой приватизации до залоговых аукционов, либеральная пресса почему-то не изучала их доходы. Поэтому сейчас, когда те же газеты и радиостанции, надрываясь, обличают и негодуют, возникает вопрос: почему вы тогда, ребята, коррупции не видели? Может, потому, что ваши люди были во власти, и вы ногами открывали двери в их кабинеты и занимались их идеологическим обслуживанием, за это получая свою долю от коррупционного пирога?