г. Харьков. Лысая гора.
Венька Фридлендер, ученик слесаря
От депо до дома пятнадцать минут хода. Если бегом — десять. Венька пролетел за пять. На установку покрышек и накачивание камер одолженным у соседа насосом ушло еще пятнадцать. Вместе с одалживанием и возвратом. С окончания заседания не прошло и получаса, когда самый счастливый человек на Земле впервые нажал на педаль своего собственного велосипеда. Венька аккуратно проехал по Черниговскому переулку, свернул на Черкасскую, с нее на улицу Революции 1905 года, потом через Волошинский переулок проскочил до Верхнеудинской, и рванул по ней вниз, к оврагу, решив проверить, как машина пойдет в гору. Троицу с Холодной увидел уже на спуске. Дрюха Беззубый, Васька Супрун и Петька Чубатый. Все трое старше и сильнее. И не уклониться, не сбежать, пока затормозишь разогнавшийся на спуске велик, пока развернешь…
— Свали с дороги! Зашибу!!! — заорал Венька, еще быстрее крутя педали.
Сработало. Васька еле успел отпрыгнуть в сторону. Велосипедист пронесся мимо, продолжая наращивать скорость, в надежде проскочить до угла Черкасской и Черниговского проезда и уйти на свою территорию. Получилось, но почти. Перед самым подъемом, из-за крутого поворота, пришлось сбавлять скорость. И выкрутить на тягун уже не хватало ни разгона, ни сил. А преследователи были совсем близко. Венька спрыгнул с велосипеда, заливисто засвистел, созывая своих, и бросился вниз, не столько навстречу врагу, сколько к валявшейся на обочине штакетине. Один против троих, всё по правилам. Деревяшка в руках будущей жертвы несколько охладила пыл врагов. Все трое остановились, переводя дыхание и злобно посматривая на лысогорца. Венька продолжал свистеть, уже безнадежно понимая, что никого из хлопцев поблизости нет. И придется отбиваться в одиночку.
— Слышь, свистун, — начал Дрюха, — ты навищо мой велик упер? Вертай взад, где выросло!
— Да ты шо? — картинно удивился Венька — А може, тебе еще дрючок в сраку запихать? Чи говна на лопати? То твой батька его до помойки сволок, с него и требуй.
— Ты мне тут не это, — ощерился Беззубый, — он на Холодной лежал, значит — наш!
— Ща! Свалка ничейная! — перешел в наступление Венька, почуявший слабость позиций Беззубого. — И от твоего драндулета там нету ни грамма! Рама, и та наперекосяк вся была, шо твоя бошка! А покрышки вообще в депо подарили!
— Тебе? — не поверил Супрун. — Подарили?
— А то!
— За шо?! — выдохнул Беззубый.
— За дело! Тебя спросить забыли! Звездуй лесом!
Подмога пришла с неожиданной стороны.
— Ша, Дрюха! — вмешался Чубатый, — то правда, шо он гуторит? Велик на свалку снесли?