Книжный мир, стремящийся создать непротиворечивую реальность, крайне любопытное явление. С первого взгляда никакой разницы с привычным, но копнешь глубже, и вылезают примечательные вещи. Добрый Вождь и Лучший Друг Народов был крайне заинтересован в вечной жизни и имел хороший способ ее добиться, заручившись поддержкой кровососущего экземпляра. Собственно, благодаря доблестной работе НКВД на территории СССР их не осталось уже в конце двадцатых годов. Единственные нелюди, с самого начала поставленные вне закона. Видимо, сказывалось воспитание в семинарии. Все остальные по Конституции имели равные права и обязанности, хотя были и подзаконные инструкции. В любом случае в СССР никто происхождение не скрывал, да и не мог. Органы бдительно стояли на страже.
В западной литературе, а после перестройки и в бывшем СССР, открыто писали, что Иосифа Виссарионовича грохнули соратники, перепугавшиеся его бессмертия. Влияние подобного образа жизни на психику и без того не самого доверчивого на свете государственного деятеля прогнозу не поддавалось. Исполнителей вот называли множество. От Берии до Хрущева, но доказательств не было никаких. Современные российские публицисты уже смело договорились до желания иметь у руля Великой Империи вампира. Жаль, что еще не догадались сообщить в своих книгах про желание самолично его подкармливать. Эту честь они почему-то возлагали на других.
Когда меня наконец освободили от множества бумажных дел при помощи собственного фонда, где сидело полсотни работников, изучающих, куда вложить мои деньги на предмет роста, чтобы прибыль в очередной раз вложить, я всерьез задумался о будущем. Первым делом, естественно, потребовал полной процедуры по пуленепробиваемости. Уж очень зависть заедала. Никита вылечился быстрее меня. У него три пули в ногах было, а у меня ничего опасного для жизни, но разница в самочувствии бросалась в глаза.
Даже не потребовалось навещать другой мир, все оборудование честный Никита успел украсть или купить раньше, а с нашими капиталами вполне можно было целые лаборатории заставить трудиться в необходимом направлении, не заморачиваясь срочностью. Уж папе своему, с которым я в конце концов познакомился, он организовал собственную фирму. Да и Лиза совершенно не рвалась домой, и он обеспечивал ей удобную жизнь и работу по новому месту проживания. Так что я теперь не хуже какого Камеррера очень многое могу. Не пустил это дело на самотек, а послушно обучался под Лизиным присмотром. Сбегать от наблюдения при наших возможностях легче легкого. Заходишь в помещение вдвоем, и один отправляется в другое место, забыв предупредить сильно глазастых.