– Немало, – признал я. – И что же я от тебя хотел?
– Что ты хотел? Ты меня изнасиловал.
– Что?! – воскликнул я, осознав, наконец, о чем она говорила.
– Получил удовольствие? – Ее губы истерично скривились.
– Я не мог этого сделать…
– Еще ты требовал отдать тебе медальон, который мы похоронили с Виталиком, – продолжила Ольга. Теперь ее голос был уже спокоен, словно она миновала критическую черту, после которой волна эмоций пошла на спад. – И ты просто взбесился, когда я сказала, что медальон в могиле, хотя прекрасно знал об этом…
– Вот видишь! Это не мог быть я!
– Конечно, я просто перепутала…
– Погоди… Ты сказала ему, где медальон?…
– Еще бы! Я сказала ТЕБЕ, где медальон. Ты же размахивал пистолетом у меня перед носом! Так романтично – в этом тебе не откажешь…
– Я? Размахивал пистолетом?
– У тебя что, раздвоение личности? – настороженно покосилась она на меня.
– Не то слово… У меня, похоже, не только раздвоение личности, но и раздвоение тела… – вздохнул я.
– Тела?..
– Я с самого начала только об этом и толкую.
Она усмехнулась и помотала головой.
– Значит, сегодня ты доктор Джекил, да?
– Сегодня я участвовал в опознании этого типа, моего двойника, – сказал я. – Его убили. Возможно, это тебя утешит.
– Ты все еще под кайфом? – нахмурилась Ольга.
– Говоришь, ему нужен был медальон?.. Ну так он его получил.
Я вытащил из кармана золотой логотип и показал ей.
Она закрыла лицо руками, и я понял, что сейчас у нее снова начнется истерика. Удивляться было нечему: удивительно было то, что она открыла мне дверь.
– Оля, я только хочу понять, что происходит… – вернулся я к тому, с чего начинал, чувствуя себя совершенно беспомощным. – Поверь, я не знал, что было с тобой вчера. Этот медальон я взял в морге.
Она всхлипнула.
Про морг это я удачно ввернул… В морге, в могиле – какая ей, собственно, разница…
Пора было заканчивать этот разговор.
Действительно: почему я явился со своими идиотскими проблемами именно к ней?
А почему «он» пришел к ней?
Так «он» или «я»?..
Все это напоминало какой-то жуткий, бессвязный ночной кошмар, в котором события связаны не логикой, а иррациональным поступательным движением, способным привести куда угодно… Ну ладно я – я уже начал привыкать, но как она-то оказалась в это втянута? Неужели это моя вина?.. Ну конечно! Именно я, собственной персоной, и втянул ее в этот кошмар… Навел на нее своего убогого «мистера Хайда» – мнимого или реального – не имеет значения… Она совершенно права! Мне нужно немедленно убираться и забыть сюда дорогу, если я желаю ей добра…
– Простите меня, Оля, если можете, – сказал я. – Я не должен был сюда приходить, простите… Я сейчас же ухожу.