- Теперь тебе нужно обязательно отправиться в одно место, - продолжил давать мне свои наставления скелет, - только там из тебя смогут сделать настоящего воина.
Я попытался, было, возразить, уже открыв рот, но Лич махнул рукой, приказывая мне молчать и слушать дальше.
- Кем бы ты там не мнил себя, какими бы свойствами не одарила тебя пелена, как воин ты абсолютное ничтожество, - наверное, он бы сейчас ехидно улыбался, если бы у него были губы. - Я в твоих руках даже ржавого меча не видел, а двигаешься ты вообще как беременная корова. Потому, если не хочешь бесславно сгинуть в самом первом бою с серьёзным противником, то должен стать настоящим воином. Несмотря на прошедшие после исчезновения Империи века, не так далеко отсюда обитает мой давний приятель, способный сделать из тебя хоть немного достойного уважения бойца. Нет, он не такой как я, ходячий скелет, он Высший Вампир. Живёт в башне на берегу моря. Он не станет тебя сразу убивать и пить, как, возможно, захотят сделать обычные вампиры, ему уже давно не нужна кровь. Попробуй чем-либо удивить его, как некогда удивил меня, и тогда он может захотеть преподать тебе немного своих уроков. Искать его нужно...
Далее последовал долгий и сильно запутанный рассказ, как мне стоит искать его старого приятеля. По словам скелета, подойти к башне Высшего Вампира можно только со стороны моря по выбитой в скале лестнице. Со всех других сторон скала считается абсолютно неприступной. Молча слушая его рассказ, тем не менее, про себя отмечал, что со стороны моря как раз и не стоит подходить. Наоборот нужно попытаться влезть на эту неприступную скалу, благо мой нынешний опыт вполне позволял такое провернуть. Кстати, позже выяснилось, башни Вампира на моей карте, доставшейся от контрабандиста, не отмечено, как и нет каких-либо отметок в ближайшей от того места округе.
Напоследок Лич передал мне пару обещанных больших книг, не имевших на своих плотных кожаных обложках какого-либо названия. Обе они оказались рукописными, написанными на старо-имперском языке, который я уже хорошо воспринимал в письменном виде и прекрасно на нём говорил. Сказались долгие месяцы моего ученичества. Первая книга была посвящена травам и другим растениям, изобилуя многочисленными зарисовками и пояснениями. Вторая посвящалась алхимии и всему с ней связанному. Кстати, в конце книг нашлись множество чистых страниц, как бы молчаливо предлагая новому владельцу продолжить их дописывание. Наверное, не премину этой возможностью, когда полностью их изучу и обнаружу что-либо новое, достойное записывания.