Мемуары Шульгина позволяют составить некоторое представление о товарно-денежных отношениях на Юге России на территории, занятой красными, и сравнить ее с тем, что происходило на территории, занятой белыми, куда ему удалось бежать.
Вот как происходил процесс купли-продажи в большевистской Одессе по описанию Василия Шульгина того, как он с группой спутников на шлюпке собрался бежать в белый Крым.
Прежде всего следовало обзавестись плавсредством: «Надо сказать, что эта операция — покупка шлюпки при советском режиме — дело, требующее большой осторожности».
Заплатить пришлось двадцать девять серебряников (двадцать девять серебряных рублей) и царскою пятисотку. «И еще какую-то не то фуфайку, не то кацавейку».
Потом пришлось запастись продовольствием:
«Теперь надо было подумать о провизии. У меня была карта, по которой я видел, что нам идти верст 70. Это можно бы и сделать при тихой погоде за сутки. Но надо было рассчитывать на все, так как мы выходили в открытое море. Я решил пересекать напрямик, благо у меня был компас. Немалых трудов стоило его достать. Я взял провизии на три-четыре дня. Столько же и пресной воды.
Тут кстати упомянуть о ценах, которые стояли в то время. Хлеб — 150 рублей фунт, сахар — 1000 рублей фунт, сало — 1 000 рублей фунт. Удивительно дешевы были дыни: они начинались от 5 руб., а за 50 можно было купить прекрасную дыню»[88].
Безусловно, человеку, прекрасно помнившему дореволюционные цены, стоимость продуктов в красной Одессе казалась фантастически высокой.
Но, когда Шульгину и его спутникам удалось добраться до врангелевского Крыма, выяснилось, что здесь цены еще выше:
«Как бы там ни было, хотелось бы выпить кофе. Ничего не поделаешь — буржуйская привычка.
— Василий Витальевич!.. Вы!.. С того света!
Объятия, удивления.
— Конечно, у вас нет денег… Я вам дам сейчас… Но, простите, только пустяки… вот сто тысяч…
Я раскрыл глаза:
— Сто тысяч — пустяки?..
Но когда мы зашли выпить кофе, неосторожно съели при этом что-то и заплатили несколько тысяч — я понял…»[89]
Цены во врангелевском Крыму поражали даже после советской Одессы: «Обувь — 90 000 рублей, рубашка — 30 000, брюки холщовые — 40 000… Но ведь если купить самое необходимое, то у меня будет несколько миллионов долгу!.. Я пришел в ужас. Но мне объяснили, что здесь все “миллионеры”… в этом смысле…