— Я рад, что ты отказала Райану, — прошептал он. Его лицо приняло мучительное выражение.
— Ну да. Ты это к чему? — я поддразнивала его.
— Я уже говорил тебе раньше, Грейс. Я готов убить любого мужчину, который на тебя посмотрит.
Я с трудом сглотнула:
— Ты помнишь, как говорил мне это?
— Я помню всё, Грейс.
Тут же, в этот самый момент, я действительно подумала, что у меня сердечный приступ. Мне только исполнилось 23, неужели такое возможно? Помнит ли он о том, что мой ангел был в его теле? Должна ли я спросить его? Знает ли он, что происходит с Габриелем? Мои мысли стремительно выходят из под контроля. Срань Господня! Я залпом выпила бокал вина. Его телефон раздражающе завибрировал на столе, и он кинул салфетку поверх него.
— Всё?
— Да, Грейс. Особенно ту часть, в которой я попросил тебя постараться найти во мне то, что ты искала. — Его слова густо и тяжело повисли надо мной. Они покрыли меня теплотой и необходимостью. Все мои вопросы просто уплыли из моей головы.
— Шейн, — я выдохнула. — Ты — всё, что я вижу прямо сейчас.
Я не помню остальную часть ужина, только горячее напряжение и нескончаемую протяжную боль между бедрами. Дорога домой, казалось, разжигала огонь внутри меня еще больше, и, когда Шейн припарковал мотоцикл перед моим домом, я была охвачена пламенем. Перед тем, как он смог слезть с мотоцикла, я отстегнула свой шлем, бросила его на землю и буквально скользнула всем своим телом по его, чтобы видеть его лицо. Он едва смог быстро снять с себя шлем. Его губы впились в мои, город вокруг нас и весь мир, просто исчезли. Придерживая меня за задницу, он встал, мои ноги все еще обвивали его талию, я простонала ему в рот. Всё мое тело жаждало его. Я сжала свои бедра сильнее вокруг него и схватилась за прядки его шелковистых волос. Он слез с байка, держа меня, целуя, крепко прижимая меня к своему сильному, упругому телу, пока его телефон продолжал вибрировать в переднем кармане. Дополнительный бонус для меня.
Шейн отстранился и пристально смотрел в мои глаза, наши губы жаждуще отделились. Быть объектом желания в этих глазах было самым мощным чувством, какое я когда-либо испытывала. Он облизнул свои идеальные губы и глубоко прорычал:
— Ключи. Сейчас же.
Хихикая, я сунула руку в карман и, вытащив ключи, потрясла ими перед ним.
— Внеси меня, Шейн. Пожалуйста.
Удерживая меня одной рукой, он схватил ключи другой и снова впился в мои губы. Он поднялся по ступенькам к входной двери и прижал меня к ней. Его губы ни на секунду не отрывались от моих. Он несколько раз промахивался с замочной скважиной, пока, в конце концов, он ее не открыл, и мы не ввалились в комнату. Он пнул дверь, и она закрылась за нами, Шейн прислонил меня к стене и расстегнул молнию на моем пиджаке.