Хотя и начало тоже вызывает дрожь – правда, совсем по другой причине.
Агата привычно уже отстегнула датчики, привычно поднялась в ванной, привычно потянулась к полотенцу. И замерла – от совершенно дурацкой (или ужасной?) мысли. Если Келдыш появился в ее сне в той одежде, в какой уснул дома, то в чем же была она сама?! В купальнике, что ли? Она ведь себя со стороны не видела…
Эхо торопливых шагов.
- Что-то невообразимое! – говорила Осипенко, кружась возле ванны и мешая одеваться. – Уровень магии зашкаливает, реципиент отключился – сейчас его в себя приводят. Что произошло? Где ты побывала?
«Что-то невообразимое» относится к вампирам или?.. Агата открыла рот и поняла, что о появлении Келдыша она не расскажет. Потому что невозможно начать рассказывать и скрыть... все остальное. Слишком жирно будет этой ДМН! Она наклонилась, с трудом натягивая джинсы на распаренные ноги.
- Не знаю. Там развалины каких-то зданий. Лес кругом. А потом из развалин полезли какие-то серые… существа. Они увидели меня и ка-ак кинулись. Я испугалась и проснулась. Вот, - Агата пожала плечами, пытаясь изобразить равнодушие, – и все.
Осипенко смотрела внимательно: не поверила? Однако Нона только сказала с досадой:
- Нас интересуют действующие институты! Зачем нам какие-то развалины!
- Да, вы уже говорили…
Только не объяснили, как туда попадать. Наверное, Осипенко и сама этого не знает. Агата поглядела на часы и удивилась.
- Уже два часа прошло? Я проспала целых два часа?
- Ну так что же? У тебя ведь на днях никаких зачетов-экзаменов?
Да, потому что ин-яз ей поставили автоматом. Только бабушке ДМН, между прочим, обещала не больше часа! Агата не стала об этом напоминать – так хотелось поскорее вырваться из Института. Остаться одной. Подумать. Повспоминать.
Почувствовать…
Обе вздрогнули от звонка мобильника. Еще до того, как Агата взглянула на экран, она уже знала, кто это.
- Мортимер, - сухо сказал Келдыш. – Надо встретиться. Пусть вас добросят до Вокзальной, я буду там через полчаса.
Келдыш открыл ей навстречу дверцу машины. Агата села, уронила с колен сумку, наклонилась поднять, стукнулась лбом о «бардачок»; сумка оказалась расстегнутой, и из нее посыпался всякий хлам… Чуть не плача, она скидала все обратно – ну дура-дурой! Наконец выпрямилась и увидела себя в зеркало. Ужас! Красная как свекла, глаза тоже покраснели, никакой косметики... Покосилась на куратора. Келдыш, сложив руки на руле, смотрел в лобовое стекло.
- Мне сегодня приснился интересный сон, - сказал он задумчиво.
- «Я видел сон… Не все в нем было сном», - вырвалось у Агаты. Игорь повернулся к ней, приподняв брови.