Пора возвращаться в лагерь. Сегодняшний день потребовал от нас большого напряжения, и мы порядочно выдохлись: Виктор ― от своих съемок, мы ― от таскания грузов. Несмотря на усталость, мы удовлетворены: завтра будет установлен первый высотный лагерь. Следовательно, время потрачено не зря. Спуск по кулуару проходит быстрее, чем мы ожидали. Мы не лезем вниз по гребню, а спускаемся внутри кулуара, совсем рядом со льдом. Местами мы идем по осыпи. Теперь нужно быть особенно внимательным, так как под щебнем находится лед и можно сдвинуть всю массу вниз. Кошки мы тоже оставили наверху и поэтому осторожно и сосредоточенно спускаемся по леднику.
В базовом лагере мы чувствуем себя Такими бодрыми, будто находимся в богатой кислородом низменности, хотя лагерь расположен на высоте более 4000 метров. И следа не осталось от коротких вдохов! А лучшим признаком полной акклиматизации является волчий аппетит. Виктор сидит у примусов ― и вскоре на столе громадное количество спагетти в томате с мясом, фруктовый салат. Нашему повару не приходится жаловаться на слабый сбыт. Потом мы надеваем пуховую одежду и за чашкой горячего чаю обсуждаем наши планы на завтрашний день.
Завтра хотим подняться к лагерю I и там переночевать, чтобы на следующий день сразу атаковать вершину Шах. Визи ― оптимист. Он полагает, что можно из лагеря I (5310 м) с ходу взойти на вершину Шах (6560 м) и в этот же день без промежуточного бивака спуститься обратно. Это был бы бесподобный метод, таящий в себе опасность перенапрячься до такой степени, что потом мы уже не смогли бы по-настоящему опомниться от перегрузок. Но посмотрим, что принесет нам первая ночь в лагере I. Тогда можно будет планировать дальше.
Еще темно и холодно. Но мы лежим в спальных мешках и хотим, чтобы подольше не рассветало. Все, но не Визи! Вершина шеститысячника не дает ему покоя. Окоченевшими пальцами он копается у примусов и мучается с замерзшей за ночь питьевой водой. Слишком рано для обычных альпинистов стоит на столе горячий ароматный кофе. Мы не хотим обижать Визи, и горячий кофе тоже не следует презирать. Итак, мы покидаем наши спальные мешки.
Хотя я хорошо акклиматизирован, но вследствие все еще острого «лангиритиса» плохо доверяю своему состоянию. Может быть, мне еще придется отпустить моих трех товарищей из лагеря I одних на вершину, а самому спуститься в базовый . лагерь. Отказаться от красивой вершины Шах ― это ли не горькая пилюля! Хочу попытаться сделать все возможное, но горы не всегда уступают только упорству. Особенно такие высокие. И одиночный спуск из лагеря I в базовый через не совсем безобидный ледник и по крутому кулуару меня, честно говоря, не особенно прельщает. Поэтому заранее договариваюсь с Ханспетером о ракетной сигнализации, чтобы он во время моего спуска по крайней мере наблюдал за видными из базового лагеря участками. Как будто этим можно как-либо помочь! Но что только не предпринимаешь, когда чувствуешь себя в опасности!