– Бедняжка! – сочувственно проговорила Лили, и Марко ощутил, как старая боль его слабеет.
– Гувернеры и учителя твердили, что эмоции нужно контролировать, не поддаваться им. Князь должен уметь владеть собой. Я привык считать, что чувства – это нечто опасное. Теперь, оглядываясь назад и чувствуя то, что я чувствую к тебе, понимаю, почему Оливия восстала против всего этого. А ведь ее воспитывали так же. Нужно было проявить к ней больше понимания, относиться добрее. Все усугубилось тем, что владелица агентства, где она работала, сделала вид, будто на моей стороне. Сказала, что Оливии ничто не угрожает. Я тогда и не подумал, что мне могут лгать.
Лили видела – этот эпизод до сих пор мучит его, как мучил бы любого настоящего мужчину. А Марко был настоящим! Но в голосе его звучала не только ущемленная гордость. Были здесь и боль, и сожаление, и вина. Сердце Лили разрывалось от жалости.
– Модельное агентство было лишь прикрытием. На самом деле она поставляла молоденьких девушек богатеньким развратникам.
– Поэтому-то ты думал, что и я такая же?
– Да, – признался Марко. – И я продолжал себя в этом убеждать, даже зная в глубине души, что это не так. Тебе пришлось страдать из-за моих же ошибок и моей слабости. Я все понял неправильно – и про Пьетро, и про Антона, потому что мне так было выгодно – видеть тебя плохой. Это было проще, чем признаться самому себе, что я на самом деле к тебе чувствую. Я считал, что проявляю силу характера, но на самом-то деле это была слабость.
– Нет, Марко, ты не можешь быть слабым. Ты просто вел себя так, как привык. Так, как научили тебя обстоятельства, например утрата Оливии, – тепло ответила Лили.
Марко покачал головой и тихо возразил:
– Нет, я не любил ее. Она была мне скорее как сестра, а не как будущая жена. Я любил, люблю и буду любить лишь одну женщину, Лили, – тебя.
– А я так боялась в тебя влюбиться, – открылась Лили. – Боялась, что, как и мать, полюблю человека, который заставит меня страдать. И ты так меня презирал, не хотел верить…
– Да, я очень тебя обидел, – простонал Марко. – Потому что не давал волю чувствам. Но ты все изменила. Но и тогда я пытался противиться, твердил себе, что верить тебе нельзя.
– И тем не менее спас меня от Антона.
– Ты была так напугана. Я не мог иначе!
– Вот, Марко, это главное! Настоящий мужчина никогда не повернется спиной к тому, кто в беде, как бы плохо он об этом человеке ни думал.
– Ты меня переоцениваешь.
– Нет, это ты сам не знаешь себе цену! Тебя трудно переоценить!
– Я так люблю тебя. Лили, выходи за меня замуж. Хочу всегда быть рядом с тобой, растить детей. И чтобы у наших детей было детство – настоящее, счастливое, которого мы с тобой были лишены.