Гарри с ненавистью смотрел на бесящуюся Лестрейндж, незаметно поднимая палочку.
- Конечно, куда уж мне там до великих дел великого лорда. Я же просто обычный мальчик, которого он боится больше всех, да? Тот, кого он пятнадцать лет назад хотел убить, опасаясь за свою драгоценную шкуру. Испугался годовалого ребёнка! И знаешь, почему? Потому что он слабак! - проорал он, не заботясь о том, что это может стать для неё последней каплей. Ему нужно было сделать ей больно, чтобы она почувствовала хоть одну миллионную крупицу боли, которую испытывал он. Гарри знал, что Лестрейндж просто без ума от своего хозяина, и оскорбления в его адрес не воспринимаются ею безболезненно. Его голос разнёсся в пустоте комнаты, создавая гулкое эхо, отдающееся от стен, а для Беллы это был словно пушечный выстрел; она задыхалась от ярости и тяжело дышала.
- Ты… ты… - казалось, что она сейчас метнёт в него Убийственное заклятие, и только приказ Лорда мешал ей это сделать. Глубоко вздохнув, она взяла себя в руки и, словно сюсюкаясь с маленьким малышом, сладким голосом протянула:
- О, наш малыш злится, да? Ай-яй-яй, как нехорошо, - пропела она, откровенно издеваясь. - Что же мы такие недовольные? Это, наверное, из-за Тёмного лорда, который убил твоих мамочку и папочку, лишив тебя любящей семьи и заставив жить с нелюбимыми дядей и тётей, попрекающими тебя куском хлеба? Или это ты так обиделся на меня за то, что я угробила твоего дорогого крёстного? Эту безмозглую вшивую собаку, у которой теперь даже могилы нет, и никто не сможет принести ей и цветочка?! Малыш Потти остался совсем один, и никто, никто его не любит, он никому не нужен, - Беллатриса притворно печально вздохнула.
- КРУЦИО! - взревел Гарри, упоминание о Сириусе и о том, о чём он всеми силами старался не думать, задело его сердце, обжигая его и обвивая калёными путами боли и ненависти. Ему было плевать на то, что он снова использует Непростительное заклятие, в его голове билась лишь мысль о том, чтобы заставить страдать убийцу дорогого ему человека. Человека, который был его последний шансом на настоящую семью.
Белла легко уклонилась от красного луча и, крутанувшись на месте, послала в юношу ответный Круциатус, но тот успел поставить щит.
- Тебе не кажется, что ты ещё не дорос до таких заклятий, а, Гарри? Неужели прошлый раз тебя ничему не научил? Ты не смог нормально применить Круциатус даже тогда, когда я убила своего любимого кузена, - она сделала ударение на слове «любимого». - Дамблдор всё твердит про твою чистую душонку, да?
- Ингардио! - прокричал в ответ он, руки тряслись от еле сдерживаемой ярости, поэтому Гарри сильно промахнулся, и заклинание врезалось в стену, по которой сразу пошла трещина.