Искоса глянув на властелина, я неожиданно для себя подумала, что еще немного – и мы научимся чувствовать друг друга не хуже, чем Рогенда и Лео.
– Потому что так и есть, – скривился наш собеседник. – Как бы там ни было, но вы приняли на себя опеку над нашей долиной и теперь вам решать судьбу Ардрады. До появления нового властелина, разумеется.
Но Алекса подобная перспектива совершенно не вдохновила. И меня, кстати, тоже.
– В таком случае я советовал бы вам поторопиться с его поисками, потому что лично у меня нет ни времени, ни желания заниматься чужими проблемами.
Ага, свои бы кто решить помог.
– Это следует понимать так, что вы отказываетесь? – уточнил самый, пожалуй, старший из собравшихся в зале.
Вот ведь странные! Еще совсем недавно они и одну долину ему доверить не хотели, а теперь вторую всучить пытаются. Где, спрашивается, логика?
– Нет, всего лишь настоятельно рекомендую поспешить.
Сразу несколько членов Совета подозрительно переглянулись и выразительно покосились на Розмарию. Что-то мне усердно подсказывает – не все тут так просто…
– Тогда, возможно, ваш друг заинтересуется нашим предложением? – вступила в разговор провидица, взглядом указывая на Габриэля.
– Я?! – Ангел подскочил как ужаленный.
– Но он же не… – начала было я, но почти сразу осеклась, пораженная осенившей меня догадкой. Вот и еще один узелок распутался. – Так вы с самого начала знали?
– Разумеется, – нервно передернула костлявыми плечами, затянутыми в черное шерстяное платье, Розмария. – Но долине нужен был властелин.
– Пусть даже и фальшивый, – еле сдерживая ярость, прошипел Алекс. – А ничего, что этот властелин чуть не угробил своих подданных?
– Так не угробил же! – отмахнулась она. Вот стерва.
Я с трудом подавила желание вскочить и вцепиться ей в волосы. Ну как так можно!
А вот Габриэль сдерживаться не посчитал нужным. Поднявшись, он перегнулся через стол, так чтобы его лицо приблизилось к лицу провидицы на расстояние вдоха, и негромко, но очень убедительно высказал ей все, что думает о ситуации в целом и о ней лично. Да и вообще о жизни.
Жаль только, я ни слова не поняла из его речи, потому как произносилась она на неизвестном мне языке, тягучем и каком-то… рычащем, на диво подходящем ангелу. Догадываться о смысле высказываний пришлось по интонациям. Благо это оказалось не слишком сложно. Да и вытянувшееся лицо Розмарии, попеременно меняющее цвет от бледного до синевы до насыщенно-красного, служило не хуже любого словаря.
Завершив свой прочувствованный монолог, Габриэль стремительно унесся прочь. Забытая Линка проводила ангела растерянным взглядом, соскользнула с высокого для нее кресла и, волоча за собой тяжеленную ханатту, направилась за ним.