Власти Непала не придавали большого значения этим первым экспедициям, поскольку не разделяли и не понимали страстного стремления людей Запада совершать восхождения на горные пики «просто для развлечения».
В 1952 г. группа швейцарских альпинистов сделала попытку взойти на Эверест и поднялась выше знаменитого ледника и ледопада Кхумбу по «Éperon des Genevois»[9] до Южного Кола, откуда Ламбер и Тенцинг прошли почти до вершины, но были вынуждены прекратить восхождение всего в 300 м от нее.
Заслугой швейцарцев было открытие южного прохода на Эверест. С этого времени началась гонка: каждая страна стремилась быть первой, чьи граждане побывают на макушке Земли. 1953 г. стал годом попытки англичан, а 1954 г. — французов.
Теперь все знают об истории восхождения в 1953 г. экспедиции бригадного генерала Джона Ханта. Мир был потрясен успехом Тенцинга и Хиллари, когда 29 мая 1953 г. они добрались до вершины нашей планеты. Британская экспедиция начала свой путь из Катманду, с той поры заменившего Дарджилинг в качестве центрального пункта для организации гималайских экспедиций.
В течение шестнадцати дней экспедиция шла через восточную область Непала до Намче Базара, небольшого торгового поселения на большом Гималайском хребте, которое является центром расселения шерпов. Затем у подножия вероломного ледопада Кхумбу был организован базовый лагерь. Ответственным за материальное и продовольственное обеспечение этой памятной экспедиции был майор (ныне полковник) Чарльз Уайли, друг Бориса и популярная личность в долине Катманду.
Надо сказать, что своим успехом экспедиция в значительной мере обязана организационному таланту Уайли и прекрасному горному оборудованию.
Сам великолепный альпинист, майор достиг на Эвересте Южного Кола, расположенного на высоте 7986 м. Если, в первую очередь, триумф британской экспедиции был обусловлен замечательной работой всей команды, спокойным, но твердым руководством Ханта и выносливостью Эдмунда Хиллари и Тенцинга, то немалую роль при этом сыграло и четкое хозяйственное обеспечение всех лагерей экспедиции, за которое отвечал Уайли.
Можно было предполагать, что после завоевания Эвереста в Гималаях будет меньше экспедиций. Но вскоре выяснилось, что это предположение ошибочно. С каждым годом в Непал их отправлялось все больше.
Борис, в душе будучи сам спортсменом и горячим исследователем, полностью отдал себя в распоряжение сменявших друг друга экспедиций. Он охотно делился своим знанием страны и ее руководителей, чтобы содействовать всем, кто отправлялся в горы.