— Да я уж тебя отвезу, — ответил я, прикидывая, что пришедшая мне в голову мысль и в самом деле может оказаться толковой. Если, конечно, я ее реализовать смогу… — Только скажи мне сперва еще кое-что… Ты ведь вроде бы грамотный?
— Ну… — бывший сержант замялся. — Читать могу. Немного. А писать — не мастак…
— Нестрашно. Научишься, если что… Даже и считать, если потребуется. А вот если тебе поручить обучить сапожному делу десяток другой человек — взялся бы?
— Почему нет? Всему обучить можно. Было бы только время, да ученики чтоб не полными дураками оказались… Только не соображу я что-то — это вы к чему?
— А в армию ты б согласился вернуться?
Жубер воззрился на меня совсем непонимающе.
— Дык — как? — свободной рукой он хлопнул себя по культе.
— А это не твоя забота. Так согласился бы или нет?
— Ясное дело… — Франсуа пожал плечами. — Да только что об этом говорить? Да и что я там делать-то стану? Сапоги тачать за солдатскую пайку? А кто тогда семью мою прокормит?
— Ну, если дело только в этом, — я усмехнулся. — Так я тебя мобилизую вместе с семьей. У нас всякому работа найдется. А насчет жалованья — ты не беспокойся! Жалованье у нас не солдатское… Так что, сержант Жубер, — пока еще сержант! — считайте себя снова в строю! А заодно, — я посмотрел на хлопающего глазами собеседника. — Припомни, не сочти за труд: есть тут у вас еще такие же, как ты, простые работники и как с ними можно встретиться?
5
Следующим на очереди пунктом моей сегодняшней программы после того, как я завез домой осчастливленного мной сержанта — возле комитета все еще продолжали митинговать, — был господин Роньон, портной.
Ну, я ж говорил уже, что кое-что помимо мундира заказал. Вот, езжу на примерку теперь… Как выяснилось, с мундиром-то мне просто повезло — у портного готовый был, его только подогнали мне по фигуре. А вот с новым раскроем… Два раза уже пришлось переделывать. Все что-то не так получается. Как надену на себя да гляну в зеркало — ну чисто та корова под седлом. То длинное слишком, то мешком висит… Да еще шов ручной от машинного качеством отличается не в лучшую сторону… А ведь казалось бы, чего сложного? Пошить комплект полевой формы, комплект парадной да летно-технической рабочей. А чего? Раз уж создаем новые войска, так пусть у них и форма новая будет. Своя собственная… Но выходит такая канитель!.. А особенно достает желание месье Роньона все время украсить изделие то галуном каким-нибудь, то кантом разноцветным. Не понимают здесь, что военный не должен походить на петуха.
Даже Наполеон не понимает! То есть он считает правильным, если некоторые части одеты в форму типа маскировочного цвета — егеря, например, но в целом мои прогрессорские идеи по части обмундирования зарубил на корню. Например, ну как мне хотелось пошить себе камуфляжный костюм!.. Вот был бы эффектный ход, а?.. Так Наполеон решил, что я сбрендил! А того хуже — с его слов — так решили бы все окружающие. Покрытый пятнами генерал вызвал бы в Париже ажиотаж никак не меньший, чем госпожа Тальен, явившаяся в театр в костюме Евы. И даже, пожалуй, больший. Потому как теток в неглиже во все времена полно, а генералов в пятнах до сих пор никто не видел!..