Всего лишь каких-то полтора суточных перехода, меньше двух дней в этот раз составили разницу между сколопендровцами, экипажем «Трехмачтового» (который на протяжении всего пути имел перед собой хороший наглядный пример) и менее удачливыми путешественниками, ранее нашедшими приют на этом дне. Отойдя же на безопасное расстояние, флейт выровнял свой курс, и уже даже не верилось, что это испытание подошло к концу. Вот теперь уже Шивилла смогла спокойно вздохнуть с чистой совестью.
— Хэй, ребята, мы сделали это! — победно выкрикнула она с капитанского мостика, воздев руку к небу, и невольно рассмеялась, а смеялась она долго. Последние дни…недели, если быть точным, Гайде находилась в почти нездоровом напряжении, и вот сжатая до предела пружина, наконец, выстрелила, и на место педантичного и вечно чем-то недовольного чудища снова вернулась рыжекудрая красавица. Крикливая, грубоватая, но все же в хорошем расположении духа. — Чертов мыс остался позади, и мы вышли победителями из этой схватки, сегодня морскому дьяволу нечем будет поживиться! Это — заслуга всех и каждого. С чем я вас от души и поздравляю, джентльмены…и одна леди.
— Троекратное ура капитану Шивилле Гайде! — провозгласили измотанные, но счастливые моряки, и подбросили вверх свои головные уборы. Несколько шапок при этом, к огорчению перестаравшихся владельцев, унесло в море порывом ветра…но такой пустяк никому не смог омрачить всей радости события.
— Ура всей команде «Золотой Сколопендры»! — любезностью на любезность ответила капитанша, ведь в случившемся была не только и не столько ее личная заслуга. Чуткое руководство опытного командира было, бесспорно, важно, но и пренебрегать слаженной работой команды, которой она многим была обязана, мадам Гайде не собиралась. Рыжекудрая приподняла руку так, словно провозгласила тост, и машинально почти донесла ее до лица, будто бы ей не хватало стакана, из которого хотелось отхлебнуть. А когда команда вновь разразилась ликующими криками, она повернулась к судовому врачу и тепло, широко улыбнулась.
— Ну что, гип-гип ура? Теперь пришло время и порадоваться?
— Ага, самое время… Позволите обнять вас, сэр доктор?
— Разве я могу отказать вам, мадам капитан? — Ларри улыбнулся девушке в ответ и заключил ее в крепкие объятья. Там на палубе, кстати, уже тоже вовсю пошли братания… А Лауритц, прижимая рыжую к себе, почувствовал, как медленно расслабляются ее напряженные едва не до дрожи в мышцах плечи, ощутил, что рубашка на ее спине насквозь промокла от пота, а кожа на шее теперь покрывается мурашками, и прошептал ей на ухо: — Ты у меня самая лучшая… Такая умница, никто не сомневался, что у тебя все получится… — а Шивилла улыбнулась, уткнувшись ему в плечо, он этого не видел, но знал, просто знал.