— Хорошо, Ольга Юрьевна, допустим, что Марину и Вассермана похитили одни и те же люди. Остается неясным одно: кто они, при чем тут Коган. Зачем ему светиться? Как похитители узнали о картине?
Я вздохнула. Да, эти места в моей версии заметно провисали.
— Стоп, а ведь к бабульке приходил какой-то «музейный работник», он интересовался историей семьи Морозовых. Вот он потом как-то и вышел на Когана или был человеком Когана.
Кряжимский снова покачал головой, Виктор молчал.
— Ну а серебристый «Опель»? — произнесла я. — Две одинаковые машины в одной истории, не слишком ли много совпадений? Серебристый «Опель» у дома Вассермана, который заметил Шакаленко в тот день, серебристый «Опель», на котором Коган подвозил Марину? И потом, все равно, кроме Когана, других подозреваемых у нас нет. Значит, мы с Виктором завтра попытаемся разыскать его.
— Мне кажется, что сделать это будет гораздо труднее, чем вы думаете, — деликатно произнес Кряжимский.
Это я понимала и без него.
— На живца, — вдруг произнес молчавший все это время Виктор. — Нам нужно знать, кто за всем этим стоит. Нужно дать им понять, что картина у нас, и ждать, что будет дальше.
«А ты ей письмо напиши», — пронеслась у меня в голове строчка из надоевшей рекламы.
— Как мы им дадим понять, если не знаем, кто они? — произнесла я.
Виктор кивнул в угол, где на тумбочке стоял телевизор.
— Сообщим, что найдена редчайшая картина, интервью и тому подобное, скажем, что картина у ее законной владелицы или у нас…
А ведь Виктор прав. Кстати, и Ромка что-то в этом роде предлагал. Такое сообщение заставит их зашевелиться, высунуть голову. В крайнем случае, они попытаются обменять пропавших на икону. А уж там дело милиции.
Телевидение, телевидение. Так. Кто из моих однокурсников работает на TV? Я насчитала четверых. Один в отделе новостей, другой в редакции литературно-художественных программ, еще одна на частном канале и один в «Тарасовском ежедневничке». Забавная и популярная передача, монтируют все с колес, выискивают любопытные факты, работают скрытой камерой. Я быстренько созвонилась с ребятами и каждому предложила снять репортаж. Мы договорились о съемках с самого утра.
Когда я подъехала к дому, настроение мое было довольно приличным. За исключением того, что я старалась отогнать одну неприятную мысль. Надеюсь, что Марина и Анатолий Аркадьевич живы и здоровы. В этом я каждое утро бодрым голосом убеждала Музу Иосифовну. Милиция методично перетряхивала всех знакомых, всех клиентов Вассермана, пытаясь выйти на след преступников, но пока все безрезультатно.