— Какая радость, под моим чутким руководством ты начинаешь учиться плохому! — Снова смахнул слезу умиления гоблин и Фиэль невольно задумалась, почему ей никогда не случалось бывать в театрах этой расы. С такими выдающимися данными они не могли не быть величайшими актерами всего Азерота. Ведь не мог же её собеседник быть сейчас вполне серьезным, правда. — Интересно, сколько времени мне потребуется на то, чтобы приучить тебя раздеваться в людных местах и избавить от лишних моральных комплексов?
— Я столько не проживу. — Эльфийка выпрямилась и, порывшись по карманам, нашла пару амулетов-пропусков, с которым можно было творить волшебство внутри магической печати. Правда, даже с ним подобный процесс усложнялся во много раз, но по крайней мере все силы из гостей узилища чародейский рисунок теперь не высосет. Крепко зажав артефакт в кулаке, она начала возиться с замком. А после изо всей силы толкнула дверь, надеясь ушибить стоящую у двери демоницу. Увы, суккуба проявила изрядную сообразительность и заранее отошла к стене, в которую уходил конец скрепленной с её ошейником цепи. Двадцать или тридцать звеньев остались свободными и теперь она сжимала их в руке на манер кнута, излюбленного оружия подобных ей созданий. — Не ночная эльфийка с их бесконечным сроком жизни. Ха, первый раз думаю, что это преимущество, а не недостаток.
— Намек понял. Приму меры! — Серьезно кивнул гоблин и, расставив руки широко в стороны пошел в лобовую атаку. — Здравствуй моя радость! Ну, как ты тут? Не приставали ли к тебе этой ночью с порочными целями? Не предлагали ли низких и недостойных, но крайне притягательных простых плотских радостей? Как, опять нет? А почему?!
Внезапный удар матрасом разминулся с головой зеленого коротышки буквально на волосок и поднял пыль по всей камере. Попади он в цель и своей силой мог бы сломать шею. Или даже ребра. Паладин огорченно цыкнул. По глазам было видно, что он крайне жалеет об отсутствии своего штатного оружия в виде зачарованного молота. Уж им бы он по слишком юркой, наглой и приставучей цели точно бы сделал одну большую кровавую лепешку.
— Знай свое место, тварь! — Сер Джаред грозно хмурил синие глаза и насупил брови так, что они почти касались некогда аккуратных, но сейчас изрядно разросшихся усов. — Если я еще хоть раз замечу, что ты обращаешься ко мне без должного уважения….
— Мы ему не нравимся, моя прелесть. — Печально констатировал гоблин и при помощи телекинеза поднялся в воздух, а после попытался залезть суккубе на ручки. Но та отпрыгнула от зеленого коротышки так, словно он был по меньшей мере ядовитой змеей. Фиэль про себя завистливо вздохнула, оценив возможности странного существа. В этом месте она колдовать не могла, поскольку все её чары разрушились бы еще на этапе создания. Однако нахальному поганцу было на чудовищные потери энергии просто плевать. Даже теряя три четверти вложенной силы его волшебство все еще оставалось в состоянии выполнить поставленную задачу. А когда оно все же иссякало, Тимон похоже просто создавал новое. — Эх, никто меня не любит. Злые вы, уйду я от вас…Вот хотя бы на кухню, там кажется недурной шашлык сегодня к вечеру будут жарить. И если кое-кто тут будет отмалчиваться как раньше, то повара будут долго чесать голову над её копытцами, пытаясь определить вид дичи.