Возле приземистого камина, сложенного из дикого желтовато-черного камня, удобно устроились в глубоких креслах друг против друга европеец и японец. По горке окурков на подносе курительного столика и батарее пустых бутылок минеральной воды видно было: разговор вступил в фазу, представляющую особенный интерес для собеседников. Пожилой европеец, полный, розовощекий, с заметным брюшком и склеротичными руками, с пальцами, сведенными подагрой, и старик японец, худой, будто вылитый из бронзы, обходились без переводчика. Разговор шел на английском языке.
Барон Ивасаки — монопольный хозяин судо-самолетостроительной промышленности, напряженно обдумывал ответ. Предложение, вокруг которого велся разговор, сводилось к тому, чтобы концерн Мицубиси наладил снабжение родственных отраслей промышленности Америки вольфрамом и еще кое-каким стратегическим сырьем. Выгода от поставки была очевидной — можно было идти на известный риск. О том, кто победит в этой войне, Ивасаки не задумывался... В конечном счете победит он. Побежденным дом Мицубиси бывал только в мирное время. Такой редкий случай — продажа излишков по повышенным ценам — представлялся первый раз за сорок семь лет пребывания Ивасаки-старшего на посту директора правления концерна. Его смущали, однако, возможные обвинения со стороны некоторых молодых членов правления в непатриотичности. Это модное слово гуляло сейчас по Японии.
— Я позволю себе, мистер Ивасаки, — заговорил после продолжительной паузы европеец, раскуривая потухшую сигару, — сделать краткий экскурс в историю вашей уважаемой страны и наших отношений. Если не ошибаюсь, — прищурился он, — то в революцию тысяча восемьсот шестьдесят восьмого года дом Мицубиси, — поклонился он в сторону барона, — так же, как дома Мицуи, Сумитомо и Ясуда оказали решающую поддержку — я говорю о деньгах — императорской династии против сегуната. И вы добились своего! Шестнадцатилетний император Муцу-хито отплатил вам лесами и рудниками. Ваши предки умели делать большую политику.
Ивасаки доброжелательно наклонил голову.
— Сотрудничество наших стран началось именно с этого момента. Наш броненосец «Стонуолл» оказал некоторую, — тонко улыбнулся американец, — помощь сыну неба. И посланник Гарри Паркс тоже кое-что сделал. Так вот, наше сотрудничество...
— Если можно назвать сотрудничеством совместную поездку по достопримечательным местам Токио рикши и седока, мистер Гаррисон.
— Вери гуд! — рассмеялся Гаррисон и записал что-то на крахмальном манжете. — Вы, как всегда, остроумны, коллега, — он весело погрозил собеседнику узловатым пальцем. — Мы смотрим на вещи гораздо проще: бизнес есть бизнес. В конце концов, если бы не мы, то вы, господин Ивасаки, а в вашем лице концерн Мицубиси не сели бы на корейского рикшу в тысяча восемьсот семьдесят шестом году!