Роберта призвали сразу же. Ему следовало прийти в призывной пункт в Бакстри, и оттуда он отправлялся на учебу в военный лагерь на севере Англии.
— Но ты не должен идти! — сказала Линн — Мистер Медж может освободить тебя от армии. Я в этом уверена!
— Там есть много работников постарше меня, и они станут выполнять мою работу до моего возвращения.
— Почему ты не хочешь попросить мистера Меджа? Хотя бы ради меня?
— Мама, ты что, ничего не понимаешь?
— Это ты ничего не понимаешь! Я была медсестрой на последней войне, во Франции, в самой гуще событий! Я лучше тебя знаю, что такое война!
— Почему ты пошла на войну медсестрой? — спросил он. — Ты считала, что тебе нужно это сделать, правда? Я тоже чувствую свой долг, и, что бы ты ни сказала, я не изменю своих намерений!
Он уехал почти сразу. Линн и Чарли остались одни, и она начала вымещать злобу на нем.
— Если бы ты работал где-то в другом месте, Роберт не пошел бы на войну, — сказала она. — Он бы остался здесь, чтобы работать на ферме.
— Я так и думал, что ты станешь упрекать меня, — ответил Чарли.
— Еще бы ты так не думал! Это же чистая правда!
— Роб ушел бы в любом случае, был бы я здесь или нет!
— Почему ты так в этом уверен?
— Я знаю Роба!
— А я его не знаю?! Своего собственного сына?!
— Судя по тому, что ты говоришь, ты его не знаешь.
Линн опустила глаза под его взглядом. Она знала, что Чарли говорит правду. Ни за что на свете Роберт не остался бы дома.
— Прости меня за то, что я тебе наговорила.
— Все нормально. Я знаю, что ты так не думаешь.
Со временем Линн примирилась с отъездом Роберта, и когда он приехал в отпуск, она встретила его с улыбкой на лице, выдавшей материнскую гордость при виде его в военной форме.
— Какой же ты красивый! И как тебе идет форма!
— Как чудесно, что твой отпуск пришелся на день твоего рождения!
В октябре Роберту исполнилось двадцать лет, но он выглядел старше своих лет. Она сначала чувствовала себя с ним неловко, но потом, когда Роберт переоделся в свои старые брюки и начал помогать ей по хозяйству, Линн увидела, что этот взрослый юноша остается ее сыном. Он спокойно подшучивал над ней и ласково смотрел на нее с высоты своего роста.
Он все еще разыгрывал мать, как делал это в детстве: прятал ее дуршлаг и клал картофель в ее сапоги, но она понимала, что ее маленького мальчика уже нет, и это навсегда.
Ее сын стал солдатом, и она по-новому воспринимала его. В его руках и в руках таких же, как он, ребят находилась безопасность Англии. Бог им поможет, и они защитят от врага Англию.
— Что ты делаешь в войсках связи?