— Вы считаете, что это реально? — спросил, оценивающе смотря на Примроуза, Гладстон.
— А у них банально просто нет никаких вариантов…
— Мне кажется или я от вас совсем недавно слышал что-то аналогичное?
— Кто же знал, что Оскар окажется окружен настолько безалаберными людьми?
— Что мешает Георгу и Вальдемару окружить себя такими же?
— Мы, сэр. Я приложу все усилия к тому, чтобы их окружали наши люди.
— Будем надеяться, что у вас получится. — Гладстон отвернулся к окну и с минуту смотрел на восход солнца. — Что с русским Императором?
— Он, по всей видимости, паникует у себя в Москве. Нежелание терять контроль над Швецией привело к первым полетевшим головам. Сняли с должности и арестовали Якова Николаевича Троицкого, бывшего начальника Имперской контрразведки. Поговаривают, что воскрес Владимир Шухов, бывший первый заместитель наркома транспорта и путей сообщения и большой любимец покойного Путилова. Впрочем, мои люди считают, что это провокация, Шухов мертв, а вместо него публике показали его двойника.
— Не нравится мне все это… — задумчиво произнес Уильям. — Не вовремя Александр стал просыпаться… очень не вовремя. Как поживает наш общий друг'?
— Вы имеете в виду Сидни Шоу?
— Да, сэр. Именно его.
— Он залег на дно.
— Хорошо. Арчибальд, — Гладстон говорил, продолжая смотреть в окно, — вы знаете, что я вас не люблю. Но если провернете эту операцию со Скандинавией, я начну уважать. Вас ждет первый серьезный бой с русской разведкой. Не уверен, что вы его переживете, но очень на это надеюсь. Несмотря на вашу самоуверенность и заносчивость мы делаем одно дело, и я не желаю вам зла. Будьте осторожны. Да, возможно, норвежцы сами оказались разгильдяями, но моя интуиция мне подсказывает иное.
— Вы думаете, что этот взрыв и пожар — хорошо проведенная диверсия русских? — Гладстон повернулся и прямо взглянул Арчибальду в глаза, после чего медленно произнес:
— Убежден.
Интерлюдия
Его Императорскому Величеству. Лично.
Операция «Айсберг» проведена успешно. Потерь в личном составе нет. Непредвиденных ситуаций не возникало.
Майор Имперской разведки Владимир Николаевич Ковалев.
Спустя неделю. Москва. Главное управление Имперской контрразведки. Одна из комнат для допросов
— Яков Николаевич, — следователь смотрел на своего бывшего начальника с плохо скрываемой жалостью. — Вы же не хуже меня знаете, что отпираться нет смысла.
— Отпираться от чего? Мне не в чем признаваться! Я честно трудился на благо Его Императорского Величества и России. За что меня арестовали? Император вообще в курсе того, что вы здесь творите?