– Правда, мам? Звучит классно! – вставляла я между бесконечными рассказами про то, как она проводила свободное время.
Звуковой сигнал оповестил о звонке на второй линии. «Слава богу». Я бы не выдержала еще одной истории о том, как Вик блещет талантами на аквааэробике.
– Мам, мне кто-то звонит. Давай с тобой скоро созвонимся снова, хорошо? Наслаждайся курортом. Люблю тебя, – отделалась я от мамы и приняла второй входящий.
– Ненавижу своего брата! – вместо приветствия пробубнила Лиззи.
– О’кеей… – осторожно сказала я. – Что произошло на этот раз?
– Гидди больше не пускает меня к тебе.
– Что?! Почему? – удивленно воскликнула я.
– Ну, потому что он считает Люциана совершенно непредсказуемым и не хочет, чтобы я оказалась рядом, когда он опять взбесится. Это правда, что вчера он поджег все убежище?
– Это была просто иллюзия.
– Ага, Гидеон говорит, что ты, может быть, и наполовину брахион, но я-то человек без печатей.
– Люциан ничего бы тебе не сделал, – расстроенно настаивала я. Как мне пройти через все это без лучшей подруги?
– Знаю, но объясни это моему упрямому брату. Он считает всех брахионов сумасшедшими, особенно твоего Люциана.
Вряд ли я могла обижаться за это на Гидеона. Окажись я на его месте, я бы тоже дважды подумала, прежде чем подпускать свою сестру к Люциану. Блин, я бы дважды подумала, прежде чем самой к нему приближаться. Я знаю, что Люциан старался ради меня, но эти его нападения из ниоткуда были уже из области полного безумия, особенно с точки зрения охотника с ярко выраженным защитным инстинктом.
– Где ты сейчас? – спросила я, так как услышала на заднем плане рокот мотора.
– Я опять еду в крипту. Не могу больше выносить Гидеона рядом, плюс, возможно, Джимми нашел что-нибудь по твоей проблеме, – высокоинтеллектуальный гикнутый ботаник был недавно принят в наш маленький альянс. – После того как Лиззи проболталась, нам пришлось посвятить его в детали. Страстный сторонник теории заговоров тут же воодушевился. Кроме того, у Джимми развилась слабость к моей лучшей подруге, и он все равно не смог бы ей ни в чем отказать.
– Просто скажи мне, почему Гидеону так не нравится брахион? – почему-то меня это задевало, ведь теперь это стало иметь отношение и ко мне тоже.
– Да потому, что они все немножко тронутые. Что неудивительно, если ты день за днем обрываешь бессмертные жизни и твой собственный вид тебя ненавидит.
– Я думала, они поддерживают порядок и представляют закон. Как полиция.
– О, нет, Ари, они совсем не как полиция. Они скорее как палачи. Как правило, брахион один раз – в зависимости от степени тяжести преступления – предупреждает праймуса. Кстати, в Лиге это распространенный эвфемизм для слова «пытки». Если после такого праймус допускает еще один промах – его убивают. Никаких компромиссов, никаких переговоров, никакой пощады.