Героиня романа боролась бы за любовь.
Аннабел спрятала письмо в роман «Белинда» и поставила книгу на самую верхнюю полку.
Героиня также никогда не оказалась бы настолько малодушной, чтобы упасть в обморок, во всяком случае, нарочно. И все же…
Аннабел встала спиной к постели, чтобы приземлиться на матрас. Покачнулась. Нужно покачнуться так, чтобы у Найтли оставался момент осознать, что она вот-вот лишится чувств, и успеть ее поймать.
Для пущего эффекта она театрально прижала ко лбу тыльную сторону ладони.
И позволила себе рухнуть на постель.
Никаких усилий держать спину прямо и гордо. Никаких сведенных мышц, в ожидании поцелуя или страстного взгляда, так и не брошенного в ее сторону. Она расслабила ноги и позволила себе не быть стойкой и сильной в мире, где все было против нее.
Она оказалась на матрасе и ничуть не ушиблась.
Снова встала, но на этот раз закрыла глаза. Отпустила все одолевшие ее проблемы. Проблемы читателей, леди Лидии и свои собственные.
При второй попытке она позволила себе раскинуть руки. Волосы вырвались на волю, и это было так приятно. Она подумала об Оуэнсе. Как он был прав, когда столь интимным жестом вынул несколько шпилек! Новая прическа совершенно ее изменила.
Аннабел снова и снова тренировалась падать в обморок. Снова и снова отдавалась удовольствию чувствовать себя свободной.
Глава 19
Дамское руководство по притворным обморокам
Лорд Харроуби объявил о поддержке расследования лорда Марсдена.
«Мужчина о городе»
«Лондон таймс»
Редакция «Лондон уикли»
Это совещание происходило, как десятки других до него. Сердце Аннабел бешено колотилось, ресницы трепетали. И она, как всегда, восхищалась Найтли. Даже слухи о его ухаживании за леди Лидией, хоть и тревожили ее, все же не уменьшили страсти к Найтли.
Мало того, Аннабел впервые в жизни ощутила вкус к соперничеству. Старая Аннабел всегда ставила нужды окружающих выше своих. Новая боролась за свои верования, любовь и желания.
О да, желания.
Совещание продолжалось, а она не слышала ни слова.
Когда Найтли не прислонялся к стене с видом беззаботного повесы, готового к обольщению очередной жертвы, он стоял прямо, отведя назад широкие плечи. Как человек, обычно замыкавшийся в себе и искавший убежища от всего мира, Аннабел восхищалась тем, как ему все всегда удается…
Кроме того, Найтли всегда был сдержан и контролировал каждый свой жест. Никогда не пристукивал ногой, не барабанил пальцами по столу. Не ерошил волосы, не ерзал. Каждое движение было скупым и целенаправленным.
Можно только представить их в постели… каково будет знать, что его глаза, его сильные руки ласкают Лидию? Лежащую в постели. С Найтли. Вряд ли она это переживет.