Снаряд, протяжно свистя, пролетел над кабиной и разорвался в двадцати, тридцати метрах перед тягачом. Куски асфальта и мелкий гравий, вырванные взрывом из полотна дороги, ударили градом по крыше кабины, разбив при этом лобовое стекло. От неожиданности Головин слегка пригнулся и выкрутил руль резко вправо, инстинктивно нажав на «тормоз». Аммиаковоз понесло юзом. Многотонная глыба отказывалась резко изменить направление движения и остановиться, она визжала тормозами, скрежетала шинами, оставляя черные, дымящиеся следы на асфальте. Управлять тягачом стало совершенно невозможно. Оставалось одно — полностью отдаться в руки провидения.
Задние колеса цистерны достигли края воронки и соскочили в нее. Как будто после резкой подсечки, вся махина аммиаковоза опрокинулась на бок и, вереща, скрипя, высекая искры и сметая все на своем пути, продолжила свой путь вдоль дороги.
Танк резко сбросил скорость и, свернув в ближайший переулок, направился к проспекту Добровольского. Террористы не стали преследовать аммиаковоз потому, что в этот момент в эфире прозвучала команда к эвакуации, да и вряд ли таинственный водитель тягача мог выжить в подобной переделке.
16:50. ДЕНЬ.
Дверь комнаты, в которой находился городской штаб, резко открылась. Мэр, обычно спокойный и уравновешенный человек, ворвался в комнату и быстрым шагом направился прямо к генералу.
- Почему до сих пор не начался штурм?
Голос его звучал угрожающе. Генерал, от неожиданности и резкого натиска, в первое мгновение слегка растерялся.
— Мы ждем приказа, — ответил генерал, совладав с собой и вытянувшись по стойке «смирно».
- Какого, к черту, приказа?
- Приказа на начало штурма.
Мэр остолбенел, лицо его залило краской гнева.
- Они стреляли по цистерне, — от напряжения и злости горло мэра сдавила спазма и слова звучали тихо, с легким шипением, от этого они приобретали еще более угрожающий оттенок. — Вы, понимаете, стреляли… По чистой случайности, благодаря этому парню… Как его?
- Головин, — подсказал один из офицеров.
Мэр бросил уничтожающий взгляд в сторону подсказчика.
— Вот, вот, благодаря Головину, — продолжал мэр, — до сих пор люди живы, хотя он наверное погиб. А Вы, ждете приказа… Боитесь взять на себя ответственность? А если бы меня в это время не было б в городе, Вы сидели бы сложа руки и ждали бы приказа!? Немедленно начинайте штурм! И так много времени потеряли, еще десять, пятнадцать минут, и они загрузятся на корабль и уберутся восвояси совершенно безнаказанно.
Генерал, вместе со всем городским штабом, был полностью «раздавлен» длительным монологом мэра, хотя некоторые штабные офицеры злорадствовали в душе.