— Эмбер, прошу, подпиши! Всего один автограф! — умолял он.
«Почему бы нет? — подумала Эмбер. — Ведь в конце концов именно эти люди покупают билеты». Ставя свою роспись, Эмбер мельком покосилась на газету. На первой странице красовался снимок ее матери, Шейны, в покрытом сальными пятнами купальном халате и с грязной желтой банданой на голове. Заголовок, помещенный над снимком, гласил:
«НИЩУЮ БЕЗДОМНУЮ МАТЬ ВЫКИНУЛА НА УЛИЦУ НАРКОМАНКА И КАНДИДАТ НА ПРЕМИЮ „ОСКАР“ ЭМБЕР ЛАЙЭНС. СЕРДЦЕ НЕСЧАСТНОЙ ЖЕНЩИНЫ РАЗБИТО».
Кровь застыла у нее в жилах, перед глазами поплыли круги. Так эта тварь разболтала о ее тайне газетчикам! А уж те расстарались вовсю и расписали ее, Эмбер, как бессердечную змею, выгнавшую родную мать на улицу под воздействием наркотиков. Неплохой сюрприз, особенно перед вручением «Оскара». О Боже, до чего ненавистна ей эта старая грязная алкоголичка!
— А ты молодец, Эмбер, что выгнала эту кошелку, — заметил парень.
«О, если бы так же рассуждали и в Академии!» — с горечью подумала она. Но что сходит с рук с фанами, вовсе не обязательно понравится на Беверли-Хиллз. Скорее даже наоборот… Тут Билли схватил ее за руку и потащил к дверям.
— Что случилось, малыш? — спросил он. — Ты такая бледная.
— Должно быть, что-то съела…
— Но мы за весь день не проглотили ни крошки. Одной дурью питались.
— Да нет, не сегодня, в детстве. Мне было тогда очень плохо, и вот я вспомнила…
— Нашла что вспоминать! — проворчал Билли.
К ним, размахивая дощечкой с зажимом для бумаг, подбежал ассистент режиссера.
— Славу Богу, наконец-то! — воскликнул он. — Начинаем через пять минут!
— Мне надо в туалет, — сказала Эмбер и отошла.
— Но ведь вы сами хотели встретиться с Диком Кларком! — воскликнул помреж. — Ведь это вы вручаете ему премию.
— Вот и встретимся… прямо на сцене, — отмахнулась Эмбер и, пробежав через вестибюль, бросилась к дамской комнате. Перед ней выстроились в ряд фарфоровые раковины, на стене — высокое, в рост человека, зеркало. Придирчиво осматривая себя в нем — «А вообще-то выгляжу не так уж и плохо», — отметила она, взбивая и без того пышные рыжие волосы, — Эмбер запустила руку в купленную накануне сумочку от Шанель и выудила оттуда свой любимый пакетик из серебристой фольги.
Ее прервали звуки, доносившиеся из последней в ряду кабинки. Кого-то рвало. Подойдя, Эмбер увидела Кортни Лав. Она блевала, нагнувшись над унитазом.
— Что, дури обкурилась? — осведомилась Эмбер.
— Да нет, это от нервов, — ответила Кортни. — Я должна завершать шоу.
— Удачи тебе! — бросила Эмбер. Уж по крайней мере об этом ей беспокоиться нечего. Обернувшись к зеркалу и развернув пакетик, она высыпала героин на ноготь, поднесла палец к ноздре и глубоко вдохнула. В затылке возникло странное ощущение, точно кто-то стукнул ее мягкой и влажной подушкой. Фантастика, подумала Эмбер, отшвырнула пустую обертку, с щелчком закрыла сумочку и направилась к двери.