Я привыкала долго к новому свету,
траченному дождем, будто молью кофта.
Здесь пересылка для тех, кого уже нету,
неправильная парковка.
Я ничего не помню, в чем виновата.
Каждого мужа я называла «папа».
В давней Корее молоденькие солдаты
встречали меня у трапа.
Голую грудь мою заливали светом,
как и не снилось здешним облезлым Светам,
чтобы теперь на заброшенной пересылке
ты мне сдавал бутылки.
Мне отсюда видней:
никого уже нет -
кого несколько дней,
а меня - много лет.
Ярче майского дня
то, что нету меня!…
- И ты, Толян,
зря отодвигаешься,
день девятый на исходе,
а ты все пугаешься!
Ты, дружок, покойный.
А вот и твой конвойный.
…Николай молодой
словно и не слышал.
- Пойду за водой.
И пошел, и вышел.
Вечер. Поле. Огоньки.
В речке ходят окуньки.
Дождь на время перестал.
Небо стало чистое.
Звезды сыплют на металл
маленькими числами.
Мы в поселок не пойдем.
Мы поселок обойдем.
Видишь, синенький дымок
берегом змеится?
Нинка младшая сидит,
курит и смеется.
Накрашены губы
темней винограда.
- Краса-то какая! -
Другой и не надо.
Увидел бы - ахнул,
да кто здесь мужчина?
- Ну здравствуй, мой ангел.
Какого ты чина?
Я, знаешь, не сразу узнала тебя-то.
Казалось, такие простые ребята.
Докурила, а дымок
продолжает литься.
И сидят над речкою,
расправляя лица.
- Эти, что приехали, - за твоим приехали,
ты не сомневайся, Коля, они не уехали.
День стояли под дождем
и не замерзали.
Мы, сказали, подождем.
Время есть, сказали.
Им не надо помощи,
найдут вас сами к полночи.
Я им вроде родни,
но боюсь до одури.
Что за груз? Намекни?
Лучше б вы им отдали.
Им живется в городе
в постоянном голоде.
Как почувствуют живье,
все кричат: мое! мое!
Здесь у них большая власть,
чтобы всласть злодействовать.
Страшно в руки к ним попасть,
лучше посодействовать.
Они стоят у парничка.
Пойдем сдавать
напарничка!
Ты ведь то при нем,
что и я при ней?
Ну, давай курнем - и зову парней.
Кто бы знал, что случай представится
сбросить груз, который не нравится.
Подопечные наши здешние -
люди грешные, люди кромешные,
им уже широко постелено.
Наше дело - делать, что велено,
провести расчет да подать отчет.
(А река течет и течет.)
- Я вросла в этот край, как мох,
ты бы так никогда не смог.
Я уже говорю, как местная!
Нинка мне давно стала тесная.
Я здесь много лет, не десяток дней,
мне давно равно, что случится с ней.
Переправлю их на ту сторону -
и пойду гулять на все четыре стороны.
Твоя правая - моя левая
многодонная полоса,
буду в ней молодой королевою:
белой пеной стрелять в небеса.
И позвал бы меня -
поздно возвращаться.
Подай- ка огня
и пора прощаться.
…шепчет? кричит?
А он все молчит.