— «Летучая мышь»! — в восторге вскрикнула я. — Спасибо! — я отвесила глубокий поклон.
— Это клавир, а это, моя дорогая, текст к нему. После дня рождения императора сразу начнем репетировать. Ты будешь петь партию Адели, а я — Розалинду. Твой дядя будет исполнять доктора Фальке, а на роль Айзенштейна пригласим бургомистра. Цилли может сыграть роль Хозена, у нее высокий хороший альт. Послушай, какой удачный текст сочинил Женэ — самый лучший, который мне приходилось читать. Очень естественный! Совсем не вычурный. Послушай, здесь попадаются даже такие словечки, как «прыщик» или «мышонок». И это в оперетте! Я дважды прочитала либретто и страшно смеялась. И, представь себе, звучит ничуть не пошло, хотя и может так показаться.
Я проводила ее до комнаты. Посыльный Карл помог с багажом.
— Мне надо так много рассказать тебе. Ты удивишься. Возможно, ты выйдешь замуж за Габора. Я так решила: будем говорить в открытую. Ты взрослая девушка. Ты должна все знать, мой брат того же мнения. Постой, я только немного освежусь. Сейчас дивная погода, мы прогуляемся до парка, найдем укромное местечко, где можно откровенно поговорить обо всем.
— Пешком? — удивилась я. — Мы пойдем туда пешком?
— Угадала!
— А вы не устали с дороги?
— Я всю дорогу сидела. Сейчас нам принесут мороженое, из кухни. Для меня фиалковое с лимоном. А ты какое хочешь? Ванильное? А потом — на прогулку.
В парке у замка Эннсэг, устроенном на английский манер и уступающем лишь Аугартену в Вене, мы просидели целый час. Пруда, фонтанов и источников здесь не было — слишком засушливая почва. Но зато парк изобиловал прекрасными деревьями, клумбами, аллеями, павильонами, игрушечными храмами, беседками. Повсюду благоухали розы. Настоящий рай для бабочек и птиц. Немудрено, что горожане уважали и почитали владельцев замка. За многие годы здесь не сорвали ни единого цветка, не сломали ни одной ветки, не сорвали с дерева ни единого листика. Таким был город Эннс. Здесь умели вести себя достойно и гордились этим.
— Хорошо, что вы сегодня уже отзанимались в манеже. — Мы сидели в тени великолепного каштана, моего любимого дерева. — У нас предостаточно времени, и я сразу же приступлю к делу. Без всяких предисловий. Да, самое важное: мы будем говорить как два взрослых человека. Ты можешь спрашивать меня обо всем… в том числе о самых деликатных вещах. Если тебе что-то непонятно, я постараюсь все объяснить.
Я даже представить себе не могла, что наступит день, когда я буду задавать деликатные вопросы, и кому? Эрмине! И вот этот день настал. Через два часа я знала ответы на все вопросы, мучившие меня с детства.