– Но неужели нельзя совсем ничего сделать?! – отчаянно уставилась в янтарные глаза.
Он улыбнулся, ласково погладил меня по щеке, наклонился и, почти касаясь моих губ своими, сказал:
– Это сложно…
– Но ведь возможно?! Ты сможешь?! – требовательно смотрела в такие близкие глаза.
– У меня нет мотивации, – выдохнул он, зарываясь пальцами в мои волосы, и теперь я не смогла бы отстраниться, даже если бы хотела.
– А если… будет? – робко начала я, понимая, что делаю большую глупость. Но оставить эту совсем незнакомую девочку я не могла. Вот почему-то не могла.
Да, сейчас я поступлю очень некрасиво. По отношению и к Вейлу, и к Олли. Потому что придется сыграть на его слабости. Но оставить девочку и даже не попытаться хоть что-то сделать, я не могу. А нужно такую малость… Всего лишь наступить на горло своим принципам.
– Ну я даже не зна… – договорить он не успел.
Поцелуй на зимнем балу был почти целомудренным. Касание.
В Пределе, когда мы сбегали, я и правда только успела прикоснуться губами к нему, и Олли тут же перехватил инициативу. Воспользовался вдохом, тем, что я не ожидала вторжения, но ответа так и не дождался.
Уже в таверне – тоже лишь прикосновение к губам. И всегда он. Я оставалась безответной. Но сейчас… сейчас было иначе.
Ведь уже он не торопился отвечать.
Да, я его целовала. Потому что было нужно.
Целовала, вкладывая весь свой не очень большой опыт, нежность, что чувствовала к мужу, которого нет рядом. И отрешаясь, не думая о том мужчине, которого целую. О том, что сильные пальцы сжимают мои волосы, о том, что он отвечал так, что тело невольно просыпалось. О том, что ласковые руки осторожно поглаживают мою спину сквозь рубашку.
Понимая, что порода начинает брать свое под этим чувственным натиском, я отстранилась, прерывисто выдохнула и прижалась лбом к его плечу. Златогривый сжал меня в объятиях, почти тотчас выпустив, приподнял за подбородок, осторожно коснулся губами лба и отодвинул.
Я прислонилась к перилам, кривя губы в горькой усмешке. Вот и доказала ты, Ирьяна, что ничем не лучше любой огненной.
– Тай, – окликнул он деда, который уже стоял перед хоть и перепуганной, но не дрогнувшей рыжей.
– И не думай, – не оборачиваясь, бросил фейри, все так же хищно оглядывая Дашу. Переселенка пятилась, пока не уткнулась спиной в стенку.
Я же смотрела на князя и удивлялась. Как я еще вчера вечером могла думать, что он… милый?!
Да это такой кошмар, что внучку до его уровня расти и расти!
Древний…
Одним словом все сказано.
Фейри Неблагого Двора.
Но дракон стремительно подошел к предку, наклонился и что-то коротко шепнул на чуть заостренное ухо. Судя по тому, что с лица Тайлин стало медленно пропадать злобно-агрессивное выражение и появилось любопытство, – сказал Олли что-то несомненно интересное.