Тихие всплески волн остановили ее. Дженни глянула себе под ноги и увидела мелкую протоку, которую она так тщательно исследовала однажды, подплывя поближе — это был почти край соседского участка. Что же дальше?
Внезапно рядом появился Поль и схватил ее за руку.
— Здесь есть узкое место, где мы можем перепрыгнуть и не замочить ног, — прошептал он.
Дженни стояла, совершенно не собираясь двигаться дальше.
— А затем нам надо пересекать протоку, здесь ведь нет катера?
— Я и сам это знаю. Здесь слишком мелко, — нетерпеливо пояснил мальчик. — Нам надо обойти эту скалу. Там глубокая бухта.
— С другой стороны утеса? Но там земля мистера Марша, — воскликнула Дженни. — А «плохой дядька» живет здесь, рядом с нами!
Даже в темноте она увидела, с каким удивлением обернулся и уставился на нее Поль.
— Мистер Брисволд? Да, нет же, Дженни, честно, он хороший.
Он схватил ее за руку и потянул вверх по склону, туда, где протока сужалась. Он легко перепрыгнул и предложил ей сделать то же самое.
В полном недоумении Дженни последовала за ним. Но когда она оказалась перед открытой водой, стоя в тени утеса, она схватила Поля за плечо и потребовала объяснения.
— Послушай-ка, молодой человек, это уже слишком! Сегодня вечером я не видела ничего подозрительного, кроме твоего поведения. Если «плохой дядька» не Брисволд, то кто же это?
— Я… я не знаю его имени, — запинаясь, проговорил мальчик.
У Дженни уже вертелся на языке ряд колких и едких замечаний об охоте за призраками, но гневные слова не успели слететь с ее губ — дуновение ветерка донесло явное, хотя и приглушенное бормотание мужских голосов.
У Дженни похолодело под сердцем сильнее, чем от прохладного бриза. Она закусила губу, осознавая, что они с Полем напоминают сейчас пару испуганных бестолковых пингвинов.
Ясный ночной воздух доносил самые слабые звуки: хруст песка, покашливание, обрывки разговора:
— …легче… без напряжения…
И вдруг в Дженни словно что-то оборвалось, голос ей показался знакомым.
— Слышишь? Это о нем я тогда тебе говорил, только я не хотел тебя огорчать — думал, что у вас любовь. — Поль шептал все это прямо ей в ухо: — Но, когда сегодня вечером пришел Расс, я понял, что это он — Твой особый дружок. Дженни, ты больше не сердишься на меня?
Дженни едва слушала его. Даже теперь ей было трудно поверить в ужасающую правду. И все же это открытие объясняет так много всего, что раньше было непостижимо.
Теперь понятно, откуда пираты получали точную информацию. И почему нападению подвергались корабли Центра, и только они. Это стало ослепительно ясно.