— Если вы про господина Чудина, — холодно заметил Филби, — то ни мы, ни вы его не упустили. Он сейчас появится на месте действия. Идет по коридору. А этот тип спустился с лоджии номера этажом выше. Мы бы могли засечь его, если бы вовремя развернули камеру в нужном направлении...
Он поднес к губам микрофон.
— Всем — полная готовность. Без команды — не шевелиться!
Повернувшись к Мирчо, он добавил:
— Берем только с «товаром». Уж этот-то тип знает, за чем пришел...
* * *
А в неприметном фургончике — внизу на стоянке — мгновенно воцарилась паника. Оба типа — и в штатском и в форме — прижимали к ушам трубки мобильников и бросали в них короткие, рубленые фразы.
— Наш человек убит! В дело вошли какие-то третьи лица... — коротко рапортовал военный.
— Срочно блокируйте номер, блокируйте этаж! — деловито распоряжался штатский. — Нельзя дать им уйти!
Близился последний акт трагикомедии, ни один из участников которой уже не понимал, что происходит вокруг.
* * *
Тип с кольтом, безусловно, и впрямь знал, зачем пришел в номер Посла. Он небрежно — носком ботинка — отодвинул в сторону разложенное на полу содержимое саквояжа, сунул оружие за пояс и — к удивлению всех незримых наблюдателей, отслеживающих его действия, — двинулся прямиком к стенному бару.
В тот момент когда он отворил это подсвеченное изнутри цветными огоньками вместилище спиртного, в кармане Рори зажужжал мобильник. Зажужжал неслышно, но «охранник» каким-то обостренным чутьем уловил эту низкочастотную вибрацию и метнулся к уткнувшемуся носом в быстро пропитывающийся кровью ковер покойнику. Извлек мобильник на свет божий. Замер.
Мобильник снова завибрировал — теперь у него в руке.
Задержав дыхание, тип надавил на кнопку включения связи.
— Эй, Рори! — торопливо затарабанил в трубке незнакомый ему голос. — Ты что, оглох, дурень? Отвечай!
Тип выразительно кашлянул в трубку.
— Конспиратор хренов! Давай закругляйся. Здесь охранник тащится по коридору. Прямо сюда... О ч-ч-ч...
В трубке хрустнул сигнал отбоя.
Тип воткнул мобильник на место — в задний карман брюк покойного Родерика Кроссленда, стремительно вернулся к отворенному бару и — продолжая изумлять своих соглядатаев — с лихорадочной поспешностью завладел бутылью «Космоса». Он не просто жадно схватил емкость с не бог весть какого качества спиртным, он секунд пять-шесть что-то внимательно вычитывал на ее этикетке и бережно, как нечто неслыханно ценное, определил посудину во внутренний карман своей куртки.
Потом метнулся к входной двери и застыл сбоку от нее, напряженно прислушиваясь к чему-то происходящему в коридоре.