Они помолчали, вслушиваясь, как сопит и кряхтит Фасо, шаря под водопойной колодой. Потом Витязь сказал:
— А ведь слаб еще послушничек. Гуфино заклятие небось подзатыльником не скинешь. Не будь ты изможден рубкой да бессонницей, ни за что бы ему тебя не осилить.
— Известное дело, что слаб, — Хон сплюнул. — Только пугать горазд, падаль бродячая.
— Ой, не скажи, — помотал головой Нурд. — И не вздумай больше цапаться с ним. Тига помнишь? Тоже ведь с Фасо лаялся, бил его даже. Думаешь, он тогда сам собой с обрыва свалился? А Пун куда пропал? Уж не в священный ли колодец след его тянется?
— Сморкался я на Фасо и на его колодцы. А ежели что, так и к Предстоятелю постучаться не оробею. Он-то, небось, управу на них живо сыщет.
Нурд вздохнул, жалостно глянул на скрежещущего зубами столяра:
— А ведь правду сказал Фасо: вовсе ты, Хон, глупый. Что им Предстоятель? Предстоятеля только те и слушают, кто уважает. А носящие серое... Не захотят они волю его принять — как заставит?
Хон на это только глаза выпучил:
— Ты лбом нынче не ударялся, Нурд? Это ж такое придумал — Предстоятеля ослушаться...
— Вот в том-то и беда, Хон, что ты подобное и в голову допустить не способен. А вот посуди: у Предстоятеля что? Десятка два стражи, что ему от общин посланы? Дармоеды ленивые, не способные к хозяйству, каких не жалко отдать...
А послушники... Они уже многое умеют, а со временем и большему научатся. И воспитаны они так, что любое слово Истовых, живущих у самого края Мглы, исполняют споро и бездумно. Чуешь, к чему клоню? Кто вступится за Предстоятеля? Гуфа, ты да я, Торк вон с Лардой... Леф... И еще такие найдутся, только не слишком много. А прочие будут недоумевать, как осмелились серые пойти против установленного обычаем, возмущаться будут и ждать от Бездонной кары на мятежные головы. И ведь дождутся, только иного...
Нурд примолк на миг, потом заговорил иначе — сухо и жестко.
— Ладно, об этом мы позже беседовать станем. Пока что ты Фасо не зли, я его сам... Леф! Встань позади родителя и, ежели он только вздумает рот распахнуть, кусай его что есть мочи, куда дотянешься. И вы... — он глянул на Торка, потом на Ларду. — Тоже помалкивайте, не суйтесь.
Фасо уже возвращался, держа под мышкой перепачканный грязью клинок. Нурд шагнул навстречу, властно протянул руку:
— Дай.
Тот отпрянул в злобном испуге, крепче прижал к себе ношу:
— Я сказал: дай! — повысил голос Витязь. — Или ты не понял?
Но Фасо только ухмыльнулся, процедил:
— Может, вымолить для Хона соизволения владеть проклятым оружием? И он станет новым Витязем. Ты хочешь такого?