- Доброе утро, - неприветливо бурчу в ответ и сразу перехожу к волнующему меня вопросу, - в этом доме можно найти зеркало?
- Пока нет. - Так категорично ответил он, что я не стал настаивать.
Легко дернул плечом, и уставился на него в ожидании указаний. Но, я вовсе не смирился, просто затаился на время, давая ему возможность открыть свои замыслы.
- Пойдем, позавтракаем, - так и не дождавшись ни вопросов, ни проявления эмоций, ровно сказал он и, развернувшись, пошел впереди.
Небольшая площадка, резные перила, сторожащие бегущие вниз ступени, и узкое окно с цветным витражом яснее любых объяснений сказали мне, что спальня находится не на первом этаже.
Монах уверенно зашагал вниз, и вскоре мы очутились в небольшом холле. Два точно таких же, как и наверху, узких оконца по сторонам массивной входной двери да две боковые дверцы, вот и все, что поместилось тут, кроме чугунной вешалки и пары симметрично поставленных скамеек.
Вслед за спутником прохожу в боковую дверь и оказываюсь в довольно просторной столовой. Массивный обеденный стол и стулья почти вплотную придвинуты к зашторенному окну, но мы устраиваемся в глубине комнаты, в глубоких креслах, стоящих неподалеку от разожженного камина.
Монах дернул за шнурок и вскоре на пороге появился немолодой мужчина, катящий перед собой маленький столик на колесах, накрытый салфеткой.
- Доброе утро, - киваю слуге вслед за монахом, наблюдая, как он ловко устраивает столик между нами и аккуратно снимает салфетку.
Ну, наконец-то, нормальный горячий чай вместо этого надоевшего эля. И булки горячие, с маслом и ветчиной, все как я люблю. Я с удовольствием сжевал несколько штук, пока не спохватился. Здесь так не завтракают, значит, эта еда готовилась специально для меня, и тогда этот слуга не может быть никем иным, как сообщником монаха. А неплохо они тут устроились, эти рыцари зеленых кустиков.
Все схвачено, судьи, стражники, лекари… Интересно, что еще?
- Если ты поел, то я начну объяснения, - заявил монах, отодвинув пустую чашку, и я весь обратился в слух.
Что-то мне говорило, что позже у меня не будет времени на подробное изучение его планов.
- Все началось около двадцати пяти лет назад. В семье великой герцогини случилось большое горе, неизвестные злоумышленники, готовившие переворот, попытались убить наследницу, единственную дочь герцогини.
- Вопросы можно задавать?
- Да.
- Где была герцогиня, и где был ее муж?
- Герцогиня вместе с мужем была на приеме в собственном городском доме. Прием в честь открытия морского пути устраивается каждую весну, - сухо ответил монах и продолжил рассказ, - в тот день девочка осталась жива, ей было всего четыре года, и лекари считали, что со временем она все забудет. Однако через три года обнаружилась страшная подробность. Оказалось, что в тот день на наследницу наложили заклятье. Скорее - проклятье. У нее потихоньку начал расти горб. В герцогстве, как и во многих странах, есть закон, по которому больные и калеки не могут править страной. Разумеется… ее пытались лечить. Но заклятье наложено так хитро, что излеченное днем, ночью вырастает вдвое. Вскоре герцогиня запретила эксперименты над дочерью… и решилась на трудный шаг, родить еще одного ребенка.