— Почему?
— Потому что ты умный человек и вынесла свой урок. Ты решила порвать со мной, считая, что твое сердце в опасности. И ты никого не предавала. Ты уже не та девочка, какой была когда-то. Ты твердо знаешь, что правильно, а что нет. Я видел, как ты общаешься с регбистами. Ты ведешь себя профессионально. Тебе не придет в голову рисковать работой ради кого-то из них. А ради меня ты рискнула. С самого начала ты многим рисковала. Ты была смелой тогда. Будь смелой и сейчас.
То, что сковывало ее изнутри, рухнуло, уступая место надежде и любви. Лина поведала Сету о самой большой своей ошибке с такими подробностями, каких не открывала никогда и никому, и это не оттолкнуло его. Он захотел понять ее вместо того, чтобы упрекать. И Сет поверил в нее. Это меняло все.
Он обхватил ладонями ее заплаканные щеки, не позволяя ей отвернуться.
— Я не верю в любовь с первого взгляда, Лина, — произнес Сет. — Только теперь я понял, что встретил свою женщину. Я знаю, что у нее не только прекрасное тело, сверкающие глаза и завораживающий смех. Она добрая, неординарная и очень отзывчивая. Она совершила ошибки, но не боится признать это. Она заставляет меня смеяться и желать того, о чем я раньше и подумать не мог. Я люблю в тебе все.
— Но совсем недавно ты злился на меня, — высказала Лина последнее мучившее ее сомнение. — И ты не приходил. Целых три дня, Сет. — Худшие три дня в ее жизни. — Сегодня ты даже говорить со мной не захотел.
— Тем вечером ты вывалила на меня кучу всего и убежала, не дав мне возможности ответить. И это задело меня даже больше, чем твои слова. Когда мне больно, я злюсь. До сегодняшнего дня я был слишком зол, чтобы приближаться к тебе. Я улетел в Веллингтон. И сегодня прямо из аэропорта приехал на стадион. Ты как нельзя яснее дала понять, насколько мое присутствие нежелательно. Но тебе было так же больно, как и мне.
— О, Сет. — Лина взяла его за руки. — Умоляю, скажи, что все это на самом деле.
Он наклонился и нежно поцеловал ее.
— Я не разобрала.
Сет поцеловал ее снова.
— А так? — Женщина не отвечала, и он заметил: — Кажется, тебе требуется более убедительное доказательство.
Сет улыбнулся. Лина тоже улыбнулась — той вере, любви и радости, которыми они оба светились. На этот раз поцелуй не был нежным. Он был страстным и идеальным. Как же долго она не обнимала Сета. И никогда еще не прижималась к нему так, как сейчас. Это была вершина наслаждения. Не только ослепляющая страсть, но чистая, безусловная, бессмертная любовь.
Лина слегка отстранилась, чтобы высказать то, что рвалось из груди: