— На то, чтобы найти улики, требуется время, — ответил Реймонд.
Тома помотал головой.
— Нет, никакого времени не нужно. Скажите, где он, и мне, чтобы с ним расправиться, потребуется всего несколько минут.
Круз ничего не ответил.
— Для меня это дело чести, — заявил Тома.
— Вашей чести — да, — возразил Реймонд. — А как же моя честь?
Тома пристально посмотрел на лейтенанта. На этот раз в его взгляде читалось любопытство.
— Наверное, я чего-то не понимаю. — Албанец помедлил и добавил: — Может, вы лично хотите его прикончить?
— Может быть, — ответил Реймонд.
Тома продолжал разглядывать Круза.
— Да, я понимаю, вы убьете Мэнселла только в том случае, если он окажет сопротивление. Или если вам разрешит начальство. Но если он сдастся, что вы сделаете?
— Рассмотрим другой вариант, — сказал Реймонд. — Вы входите в комнату, а там сидит Мэнселл. Просто сидит. Как вы тогда поступите?
— О чем может быть разговор? — ответил Тома. — Конечно же я его пристрелю.
— Понятно. А если он безоружен?
— Все равно пристрелю. Мне плевать, вооружен он или нет. Вы тут все время толкуете об условиях, ограничениях, правилах — как будто в игрушки играете. — Тома изобразил изумление. Он слегка переигрывал, но в его игре чувствовался стиль. Наконец он улыбнулся не только губами, но и глазами: — У вас, полицейских, странное понятие чести. Вы вспоминаете о ней, когда преступник не вооружен. А что, если Мэнселл выстрелит первым? Тогда как? Погибать вместе со своей честью? — Тома помолчал. — Знаете, нас, албанцев, называют дикими, бешеными…
Пора было уходить. Реймонд вновь посмотрел на Скендера.
— И все-таки как ему сломали ногу?
— Сначала ударили каким-то тяжелым предметом, — ответил Тома. — Ему было жутко больно, но серьезных повреждений он не получил. Тогда Мэнселл положил ногу Скендера на коробку… ящик, взял металлическую трубу и ударил ею по колену. Удар был такой силы, что сустав выгнулся в другую сторону. Скендер говорит, что слышал, как кричала девушка, что-то говорила Мэнселлу… Пришел он в сознание, когда его уже везли в карете «Скорой помощи» в Детройтскую центральную больницу. Больше он ничего не помнит. Сегодня утром я перевез его сюда и положил в палату знакомого доктора.
— Говорите, он слышал голос Сэнди?
— Девушки? Да, она что-то кричала.
— А он не помнит, что именно?
Тома перевел взгляд на спящего Скендера, затем снова на Реймонда и пожал плечами.
— А какая разница?
— Не знаю, — ответил Круз. — Но возможно, есть.
Хантер ждал Круза у входа в больницу. Как только Реймонд сел в синий «плимут», Хантер повернул ключ зажигания и нажал на педаль акселератора. Однако машина, издав жалобный звук, с места не тронулась. Двигатель не завелся.