Я толкнул двери и медленно приблизился к стойке. Женщины посмотрели на меня. Я не спешил. Меня явно принимали за актера, выступающего со стриптизом, но я был готов пережить это унижение ради того, чтобы доставить удовольствие несчастным созданиям, сидевшим в комнате.
— Я к мистеру Горману.
Я улыбнулся светловолосой кареглазой крошке.
Она посмотрела на меня, едва сдерживая зевоту, и спросила, договаривался ли я о встрече.
— Нет, — ответил я, — но он меня примет. Скажите Горману, что к нему пришел Флойд Джексон. Я очень тороплюсь.
Я обернулся, желая узнать, какое впечатление произвели мои слова на женщин. Они пристально разглядывали меня.
Блондинка с сожалением произнесла:
— Извините, мистер Джексон, но мистер Горман принимает только по предварительной договоренности.
— И все же, — с мольбой в голосе сказал я, — доложите Горману обо мне. Вы сейчас крепко удивитесь, моя милая. Мы с толстяком в одной камере срок мотали. Спросите его, он вам подтвердит.
Она нервно захихикала:
— Вы меня разыгрываете? Мистер Горман сердится, когда его отвлекают.
— Скажите Горману, что я ужасно соскучился по нему.
Она подняла трубку. Женщины затаили дыхание.
— Тут какой-то мистер Флойд Джексон вас спрашивает, — застенчиво выговорила она. — Он уверяет, что вы его примете.
Она помолчала, слушая шефа; глаза ее округлились. Блондинка опустила трубку.
— Обождете, мистер Джексон? Одну минуту.
Я поблагодарил ее и направился к свободному креслу, но не успел я дойти до него, как дверь, соединяющая приемную с кабинетом, распахнулась. Я увидел появившуюся на пороге стройную темноволосую девушку с холодным лицом.
— Мистер Джексон? — сухо спросила она.
Я шагнул к двери.
— Проходите, пожалуйста. Мистер Горман ждет вас.
Я посмотрел на миниатюрную блондинку, подмигнул ей и вошел в просторную комнату, залитую солнечным светом. Воздух в ней был сизым от сигаретного дыма. На стенах висели портреты полуголых красоток.
Горман сидел за огромным письменным столом, заваленным горстками пепла, фотографиями, бумагами, которые могли быть контрактами или чем-то еще. Его физиономия была круглой, как блин, и пустой, как нищенская сума, и только маленькие черные глазки, заплывшие розовым жиром, выражали настороженность.
— Неожиданный визит, мистер Джексон, — сдержанно произнес Горман. — Должен признаться, что я не рассчитывал увидеть вас так скоро.
— Для меня это тоже неожиданность, — сказал я, садясь в обитое кожей кресло.
— Вы, наверно, пришли, чтобы вернуть мне перстень? — сказал он и осклабился, словно орангутанг, собравшийся откусить вам руку.