А моя мама все это пропустила. На минуту я по-настоящему испугалась, но потом это ощущение прошло. Я положила пальцы левой руки на запястье правой и нащупала пульс. Посчитала его. Это привычка. Так я понимаю, что я в норме. Пульс был семьдесят пять ударов в минуту. Тук-тук. «Ладно, — сказала я себе. — Неважно, что случится, но эта улица останется здесь. И снег тоже. А сердце будет по-прежнему биться. И все будет хорошо».
Я посмотрела на часы.
12:11. Я опоздала на одиннадцать минут. Я выпрямилась и побежала по улице. Решила, что если побегу быстро, то не смогу остановиться. Или свернуть и побежать в другую сторону.
Я практически ворвалась в ресторан и пулей метнулась мимо столиков в туалет. Ни на кого не глядя. Я не могла дышать. Казалось, я вот-вот грохнусь в обморок. Никогда в жизни так не нервничала. Я побрызгала себе в лицо водой, окончательно смазав косметику. Не понимаю, как женщины в кино умудряются это делать, не портя макияж, и потом выглядят свежо с капельками воды на коже.
Кроме испорченного макияжа, все остальное было в норме. Вчера вечером Джул покрасила мне волосы в темно-каштановый цвет, когда я зашла к ней одолжить какую-нибудь одежду. Разумеется, немного краски оказалось и на моем лице, и, кажется, ее теперь не смыть, но зато волосы блестят и имеют здоровый вид.
— У тебя чудесные волосы, — сказала Джул. — Правда. Они выглядят необычно.
Она валялась на кровати посреди горы одежды, которую я мерила и отбраковывала.
— Ты похожа на Эшли Джадд в том фильме, где она снималась с симпатичным австралийцем.
— Да? — с сомнением в голосе спросила я. — Не думаю. Мне кажется, у нее в том фильме совсем короткая стрижка.
— Хорошо, — не сдавалась Джул. — Тогда это вариация прически Рене Руссо, в темном цвете, как в том фильме, где еще был Джеймс Бонд, но фильм был не про него. Там она еще все время ходила в красивых платьях.
— Хм. Хотелось бы верить в это. У Рене Руссо в том фильме были действительно красивые волосы. — Мне нечего надеть.
— Да ей плевать будет на твой прикид, — заметила Джул. — Наверное, она сейчас нервничает еще больше твоего. В конце концов, это ведь она ушла от вас.
— Ты права.
Джул соскочила с кровати, свалив кучу свитеров на пол.
— Ты же не на свидание идешь, — сказала она, внимательно разглядывая мой свитер. — Этот свитер для свиданий, а не для встреч с мамами.
Почему-то из-за этих слов я расплакалась.
— Не реви, — велела Джул и обняла меня. Отчего я заплакала пуще прежнего. Джул никогда меня не обнимала. По крайней мере, уже давно. С тех пор, как мы были маленькими.