Пи Джей с улыбкой повернулся к ней.
— Думаю, нам пора идти.
Пеппер кивнула, взяла ключи и прижала сумочку локтем к боку. Выключила во всем доме свет, оставив гореть только ночник в прихожей, затем заперла за собой дверь, для надежности подергала за ручку и бросила ключи в сумочку.
— Ты всегда так делаешь? — заинтересованно спросил Пи Джей.
— Если ты имеешь в виду проверку двери на прочность, то да. — Она усмехнулась, видя, что Пи Джей смотрит на нее с нескрываемым весельем, и взяла его под руку.
— А Тиффани больше не с Джорданом, — завел светский разговор Пи Джей, когда они шли к его машине — темно-красному приземистому «стерлингу».
— А разве в твоей семье кто-нибудь когда-нибудь оставался с кем-нибудь надолго?
Губы Пеппер скривились в насмешливой улыбке. Если ей не изменяет память, Джордан появился после Гэри, который был после Френка, перед которым… Кто же там был?
Пи Джей отпарировал, смеясь:
— Кто бы говорил, ты ведь у нас тоже не страдаешь постоянством! — И добавил, уже серьезно: — Я сказал тебе об этом только для того, чтобы ты не спрашивала о нем у Тиф. Он ее бросил, и это чувствительно задело ее самолюбие. Так что лучше не касаться этой темы.
— Благодарю за предупреждение.
Сидя в машине, Пеппер молча наблюдала, как Пи Джей, согнувшись в три погибели, устраивает свое большое тело на водительском месте. Сейчас она смотрела на него чисто по-женски и видела то, что на ее месте увидела бы любая другая: темные вьющиеся волосы, большие голубые глаза и ослепительную улыбку мощностью в пятьсот ватт, способную очаровать даже норку на воротнике.
Но она знала Патрика Джозефа Бреди не только как сногсшибательного красавчика и счастливого обладателя оптимистичной натуры, но и как коллегу, превосходного полицейского, который, однако, не всегда выполнял свою работу строго по инструкции. Она очень любила вспоминать то время, когда они были напарниками, и особенно одно из его поручений — административный надзор над девятилетним мальчишкой, пойманным ими однажды за опустошением ящиков для продажи газет.
Он так заботлив, внимателен, умеет сострадать…
Ее анализ был прерван самим объектом анализа.
— Пеппер, а этот парень, что был вместе с тобой в Санта-Барбаре… Кто он?
Пеппер сжалась от пронзившей тело боли, но тут же постаралась взять себя в руки, чтобы голос не выдал мгновенно охватившего ее чувства печали.
— Кристофер Петри? Мы вместе работали по делу… — Фраза горестно оборвалась.
Пи Джей бросил на нее скептический взгляд, затем пожал плечами и снова сосредоточился на дороге. Больше он ничего не говорил, пока не остановил машину перед длинным домом, скорее даже усадьбой, расположенной высоко на Лос-Анджелесских холмах.