- Неправда ваша! - заныл сверху фон Патиссон. - Врут все ваши нефриты с мадридами. Они-то и есть темные силы и сами хавать горазды. Ну скажи им, Мурмундия!
- Стоп! Чую я - это ж-ж-ж неспроста! - внезапно влез Финлепсин (не иначе как поверил, что он и правда пророк). - Ну-ка, спускайся, зубочист! Будешь ответ держать!
Ишь, раскомандовался. Я оперлась на трусливо помалкивающий меч и устало вздохнула. Прыжки из столицы на взморье, из настоящего в прошлое, из сераля в катакомбы вызвали желание сохраниться, выйти и сделать себе яишенку.
- Итак, - затеял дознание принц. - Что ты там говорил про обещание, данное нашей лучезарной пресветлой венценосной?
Я приосанилась, чтобы никто не спутал, к кому все перечисленное относится.
- А кто сказал, что ты, Финлепсинчик, окажешь одолжение бабуинам и Саляму? - ехидно поинтересовался вампир. - Лучезарная пресветлая венценосная сказала! Ты, небось, и не заметил, как без тебя тебя женили!
- То есть как это - женили? - сник и залепетал принц, на глазах из дознавателя превращаясь в тварь дрожащую. - На ком?
- На старейшине бабуинов! - покачал головой Цуккинус. - Старейшине тыща девятьсот тринадцатый годок пошел, пора бы браком сочетаться!
- Я н-не п-по э-эт-той части, - ухватив обеими руками желудок и непроизвольно икая, выдавил Финлепсин. - Я с-со с-ст-тарейш-шинами не с-сочет-таюсь, ик-к-к!
- Обещал - сочтись! - сурово потребовал Цуккинус. - Бабуины - верные рабы Саляма и главные поставщики избранной молодежи в подразделение боевых евнухов. Либо женись, либо - в армию! Ну че, будешь косить?
- Откошу, пожалуй, - с тоской выдохнул принц. - Все равно недолго старой рухляди осталось.
- Не скажи, - ерничал вампир. - Ее папенька три тыщи лет прожил, дочуре аж надоело. Вот она его настоем корня шаурмы и освободила от должности пожизненного верховного старейшины!
- Хорошо... - выдохнул Финлепсин.
- Что хорошо? - обалдели присутствующие.
- Хорошо, что старейшина - она, а не он... - обреченно пояснил принц.
Ну, хватит, бляха-муха патлатая, решила я. Мне галоперидолов сынуля еще в будущем пригодится, я его никаким дряхлым поедательницам шаурмы сбагривать не намерена.
- Ша! - заявила я, воздевая меч. - Цуккинус, кончай базар. Кастраты, кончайте чукалово. Финлепсин, кончай тормозить. Все быстро поняли, быстро кончили и быстро слушают сюда: я слово дала, я его и заберу. Че хочу, то и ворочу. Правила устанавливаю я и переустанавливаю тоже я. Да здравствует перегрузка мозгов между странами и народами, а кто недоволен - как дам по башке и в углу под саркофагом прикопаю. Вопросы есть?