Пока Пепита возилась на кухне и ворчала, Тереза стала обходить квартиру. Она была крайне озадачена. Но больше не боялась. Теперь, когда можно поговорить с Пепитой и все лампы горят, к ней быстро вернулись обычное мужество и самообладание. Она не верила в сверхъестественное. Ее рациональный трезвый ум отвергал намеки Пепиты на то, что волшебные силы унесли Бертрана в безопасное место.
Да, у нее были свои теории, загадки, предположения, выводы, которые она поспешила выбросить из головы. Взяв свечу, она отправилась осматривать квартиру. И едва вошла в спальню, тайна сразу открылась. Ставня высокой стеклянной двери взломана снаружи, стекло в одном из десятка мелких переплетов разбито, что позволило незваному гостю просунуть внутрь руку, повернуть задвижку и проникнуть в комнату. Все было сделано умно и очень ловко; осколки стекла, усеявшие ковер, не зазвенели, упав на мягкий ворс. Если бы не исчезновение Бертрана, обстоятельства позволяли бы предположить, что в квартиру проник ловкий вор.
Морщинка на лбу Терезы стала еще глубже. Подвижный рот с красиво изогнутыми губами гневно искривился. Рука, державшая подсвечник, заметно дрожала.
— Господи Боже! — ахнула вошедшая в комнату Пепита. — Неужели это возможно?
Увиденное развязало ей язык, и, принявшись убирать следы вторжения, она дала волю негодованию против наглого мошенника, который, вне всякого сомнения, попытался их ограбить и только по какой-то счастливой случайности, разгадка которой обязательно обнаружится, не сумел осуществить свою затею.
Достойная старушка положительно отказывалась связать бегство месье Бертрана с очевидной попыткой взлома.
— Мистер Бертран был намерен уйти, бедняжка! — решительно объявила она. — Ты дала ему понять, что здесь он подвергает тебя опасности, не говоря уж о том, что тебе пришлось беседовать с этой бандой убийц, которых Господь рано или поздно накажет!
Из этой реплики можно было заключить, что Пепита не вдохнула революционные идеалы с воздухом своей родной Андалусии.
Тереза Кабаррюс, страшно утомленная событиями этой ночи, как и непрестанным ворчанием служанки, наконец отослала сердито бормотавшую старушку спать.
Пепита заявила, что прежде должна уложить хозяйку, но Тереза решительно отказалась. Сон не шел.
Сначала нужно было поразмыслить над случившимся, и теперь, когда тьма и полумрак больше не пугали, она совершенно оправилась и успокоилась.
Пепита поковыляла к себе. Некоторое время она возилась у себя в комнате, и Тереза нетерпеливо прислушивалась к шаркающим шагам. Наконец все стихло. Часы старой церкви Святого Роха пробили три раза. Прошло не более получаса после ухода гостей. Но для Терезы эти полчаса показались вечностью. Кто-то посмел бросить ей вызов, пробудив гнев и убив страх.