– А он захочет туда вернуться? – Рамон прищурился. Мне показалось, что между Стасем и Рамоном минуту назад пролегла какая-то неприятная недоговоренность.
– Это надо его спросить, – ответил Стась.
Вновь заговорил фаг во главе стола:
– Господа, вам не кажется, что мы торопимся? Пусть Тиккирей подумает, прежде чем принять решение. Все-таки я надеюсь, что он решит сдать бич и остаться на Авалоне. Его другу также надо принять решение. Если ребята все-таки решат лететь на Новый Кувейт, то я предлагаю Рамону заняться подготовкой операции.
Послышалось несколько голосов. У всех мнение сводилось к тому, что нечего забегать вперед и надо «дать парнишке время все осмыслить».
– Я отвезу мальчика домой, – сказал Стась, касаясь моего плеча. – Благодарю… всех.
Он посмотрел на Рамона, и несколько секунд два фага изучали друг друга. Потом Рамон неловко пожал плечами и отвел глаза.
* * *
Лиона мы ждали еще часа два. Уже не в этом холле, а внизу, в уютном баре. Стась вроде бы повеселел и о делах больше не говорил. Сказал, что ему вовсе не нужно сегодня возвращаться на совещание, и стал заказывать себе разные коктейли.
Я пил сок, в который веселый бармен влил «для запаха» чайную ложку апельсинового ликера, потом просто болтал со Стасем, потом фаг стал учить меня, как по внешнему виду человека определять его настроение и характер. По-моему, он в основном шутил, но получалось смешно. Народу в баре было немного, человек десять, не фагов, конечно, и про каждого Стась рассказал что-нибудь забавное.
И ни разу – ничего обидного.
Лион спустился вниз (или поднялся, если мы были под землей) вместе с доктором Анной Гольц. Он уже не боялся и мрачным не был. Наоборот, смеялся, а когда Анна его на прощание обняла – покраснел.
– Ну и как он? – спросил Стась, кивнув Анне будто старой знакомой.
– Я думаю, – Анна сразу стала серьезней, – что молодой человек успел вовремя.
Я понял, что речь обо мне.
– Что-то стало яснее? – полюбопытствовал Стась.
Анна покачала головой.
Вроде бы фаг другого ответа и не ждал.
Мы пошли на стоянку.
– Сильно мучили? – спросил я Лиона тихонько.
– Беседовали, – серьезно ответил Лион. – Про мой сон.
– Ну и что?
– Анна говорит, что ценной информации в нем нет. Это пропагандистская программа, но ее прервали до того, как она успела сработать. Сейчас она понемногу проходит, забывается, как обычный сон. Там дальше должно было быть что-то важное… из-за чего люди верят Инею. Но у меня эта часть не сработала.
– Так что, ты нормальный? – спросил я. И торопливо уточнил: – Они тебя врагом не считают?
– Нет. – Лион энергично замотал головой. – Мне надо будет еще написать подробный рассказ про свой сон, заполнить анкеты и пройти несколько тестов. И все, больше ничего не требуется…