Я подозвала официантку и заказала еще одну чашку кофе, поскольку первая была уже благополучно выпита, а без кофе мне как-то не особенно хорошо думается. Итак, на повестке дня вновь наша безутешная вдова. Почему, Татьяна Александровна, она кажется вам подозрительной? Ну, судите сами: Света – молодая, красивая, эксцентричная особа, а главное, очень уверенная в себе. Я бы даже сказала, чересчур уверенная. Бизнес перешел к ней, и она смело взялась за дело, хотя до того не имела к нему никакого отношения. Ну, и что вы скажете, Татьяна Александровна? Подозрительно? Пожалуй. Что еще? Как ни крути, но ей, именно ей выгодна смерть мужа: она в одночасье стала не просто богатой дамочкой, она теперь самостоятельно распоряжается и его бизнесом, и его деньгами. Но, черт возьми, как же она в этом случае расплатилась с киллером? Ложкин утверждает, что деньги с ее счета никуда не исчезли, все там и лежит – целехонько! Может, у них дома хранилась большая сумма, скажем, миллион или два? Почему нет? Никиту похоронили, вдова взяла эти деньги – и заплатила киллеру…
Проверить это невозможно, а вот подсказать, могло ли это иметь место, я думаю, сможет моя заказчица. Я достала из сумки телефон и набрала номер Вероники Станиславовны. Услышав мой вопрос, она сначала удивилась, потом возмутилась:
– Танечка, да вы что?! Никита никогда не хранил дома больших денег! Он опасался грабителей. Говорил, банк – это надежнее.
– А какая сумма, по-вашему, могла храниться в доме вашего сына?
Заказчица на минуту задумалась.
– Как-то Никитушка сказал… Одним словом, однажды у него дома оказалось что-то около двухсот тысяч. Он тут же поехал в банк и положил эти деньги на счет.
– У Светы был доступ к этим деньгам?
– Ни в коей мере! Он выдавал ей лишь небольшие суммы, а крупные покупки делал сам либо вместе с ней.
– Вероника Станиславовна, уточните, пожалуйста, что вы подразумеваете под словами «небольшие суммы»?
– Ну, тысяч десять… двадцать… может, чуть больше… Говорю же, по выходным они вместе ездили в супермаркет и делали там покупки. Деньги практически всегда были у моего сына. А почему вы спрашиваете, Танечка?
– Понимаете, если, как вы утверждаете, Светлана заказала Никиту…
– Она, кто же еще!
– …то чем и как, по-вашему, она расплатилась с киллером? Если денег у нее не было… Не за «спасибо» же кто-то так рисковал своей свободой! Срок-то, сами понимаете…
– Честно говоря, я не знаю…
Голос моей заказчицы зазвучал как-то очень грустно. Я поспешила успокоить ее, насколько это было возможно:
– Вероника Станиславовна, не думайте, что это сомнение сыграет в пользу вашей снохи.